Наука. Общество. Оборона. 2025. Т. 13. № 2. С. 14–14. 

Nauka. Obŝestvo. Oborona. 2025. Vol. 13, no. 2. P. 14–14.

УДК: 99(47) "1918/22"

DOI: 10.24412/2311-1763-2025-2-14-14

Поступила в редакцию: 15.02.2025 г.

Опубликована: 05.05.2025 г.

Submitted: February 15, 2025

Published online: May 5, 2025 

Для цитирования: Гуня Г.А. Управление по формированию интернациональной Красной армии: образование и деятельность в конце 1918 г. – первой половине 1919 г. // Наука. Общество. Оборона. 2025. Т. 13, №2(43). С. 14-14. 

https://doi.org/10.24412/2311-1763-2025-2-14-14.

For citation: Gunya G.A. Directorate for the Formation of the International Red Army: formation and activities in late 1918 – first half of 1919. – Nauka. Obŝestvo. Oborona = Science. Society. Defense. Moscow. 2025;13(2):14-14. (In Russ.). 

https://doi.org/10.24412/2311-1763-2025-2-14-14.

Конфликт интересов:  О конфликте интересов, связанном с этой статьей, не сообщалось.

Conflict of Interest: No conflict of interest related to this article has been reported.

    

© 2025 Автор(ы). Статья в открытом доступе по лицензии Creative Commons (CC BY). https://creativecommons.org/licenses/by/4.0/ 

© 2025 by Author(s). This is an open access article under the Creative Commons Attribution International License (CC BY)

РАБОТЫ МОЛОДЫХ УЧЕНЫХ

Оригинальная статья

УПРАВЛЕНИЕ ПО ФОРМИРОВАНИЮ ИНТЕРНАЦИОНАЛЬНОЙ КРАСНОЙ АРМИИ: 

ОБРАЗОВАНИЕ И ДЕЯТЕЛЬНОСТЬ В КОНЦЕ 1918 г. – ПЕРВОЙ ПОЛОВИНЕ 1919 г.

 Гуня Герман Алексеевич ¹

 ¹ Институт всеобщей истории 

Российской академии наук,

г. Москва, Российская Федерация,

ORCID: https://orcid.org/0000-0002-9195-9422, е-mail: Gunya.G@yandex.ru

Аннотация: 

В статье исследуется процесс организации интернациональных формирований в Красной армии в период конца 1918 – первой половины 1919 г. на центральном (государственном) уровне. Через данную призму освящена общая обстановка среди иностранных добровольцев РККА в России. Актуальность исследования обусловлена современной практикой привлечения иностранных граждан к военной службе. Выявлены ключевые проблемы в организации интернациональных частей в конце 1918 – начале 1919 года. Помимо общих причин (сложной военной обстановки) – это массовые демобилизационные настроения среди бывших военнопленных после окончания Первой мировой войны и революций в европейских странах, их стремление на запад; институциональный хаос в условиях строительства регулярной армии; противоречия между различными военно-политическими акторами в вопросах использования иностранных добровольцев. Прослежена деятельность начальника Комиссии по созданию интернациональных групп РККА С. Частека по решению проблем интернациональных формирований. Он планировал улучшить политический настрой в интернациональных частях, объединить их в крупное соединение и сосредоточить на западных рубежах. Для решения данных задач предполагалось создать специальный центральный орган – Управление по формированию интернациональной Красной армии (Управление). Однако процесс его создания в условиях динамичной военно-политической обстановки затянулся на 3 месяца. Созданное в апреле 1919 г. благодаря настойчивости С. Частека Управление впервые создало единую нормативно-организационную базу для строительства интернациональных формирований. Результатом его деятельности стало создание 1-й интернациональной бригады – крупнейшего интернационального соединения периода Гражданской войны. Практическая значимость работы заключается в выявлении исторического опыта, который может быть полезен для современных исследований в области строительства вооруженных сил, связанного с организацией и централизацией управления специфическими воинскими формированиями, в частности – с многоэтничным личным составом. Научная новизна заключается в исследовании вопроса в условиях отсутствии современных исследований по теме, на основе архивных документов из фондов Российского государственного военного архива (РГВА; Ф. 6, 10, 11, 19) и Российского государственного архива социально-политической истории (РГАСПИ; Ф. 17, 549), многие из которых введены впервые в научный оборот.

Ключевые слова: интернациональные части, Гражданская война, Красная армия, Управление по формированию интернациональной Красной армии, 1-я интернациональная бригада, интернационалисты, РВСР, Федерация иностранных групп, ФИГ, революционное движение в Европе, русская революция, добровольцы, демобилизация, увольнение и отправка на родину, политическая работа в войсках, коммунисты иностранные, Украина, УССР, В.И. Ленин, Я.М. Свердлов, Л.Д. Троцкий, Э.М. Склянский, С. Частек

ВВЕДЕНИЕ

Современное российское законодательство позволяет иностранным гражданам проходить военную службу в составе Вооруженных сил Российской Федерации и участвовать в военных действиях на стороне России. В этой связи особую актуальность приобретает изучение исторического опыта, связанного с организацией интернациональных воинских формирований в период Гражданской войны.

Исследование основано на архивных материалах Российского государственного военного архива (РГВА): фонд 6 (Полевой штаб Реввоенсовета Республики), фонд 11 (Всероссийский Главный штаб) и Российского государственного архива социально-политической истории (РГАСПИ): фонд 17 (Центральный комитет КПСС (ЦК КПСС)), и фонд 549 (Центральная федерация иностранных групп при ЦК РКП(б); Центральное бюро агитации и пропаганды при Агитационно-пропагандистском отделе ЦК РКП(б)). Кроме того, некоторые документы, использованные в статье, опубликованы в сборниках «Боевое содружество трудящихся зарубежных стран с народами Советской России (1917-1922)» (2), изданном под редакцией Г.В. Шумейко в 1957 г., «Венгерские интернационалисты в Октябрьской революции и гражданской войне в СССР» (3), изданном в 1968 году. Также использовались документы из сборника, опубликованного в Германии в 1994 г. на немецком языке, посвященного немецким интернационалистам (1).

Историография интернациональных формирований РККА советского периода представлена значительным корпусом работ. Ключевым трудом в изучении организационных структур, ответственных за формирование интернациональных воинских подразделений, является диссертация В.Г. Краснова «Создание интернациональных формирований Красной армии в годы гражданской войны и военной интервенции в СССР (1918–1920 гг.)» [7], защищенная в 1984 году. Автор, опираясь на архивные материалы Центрального государственного архива Советской армии (ныне РГВА), выявил и охарактеризовал различные учреждения, участвовавшие в создании интернациональных частей, и представил созданные ими интернациональные части в табличной форме. Также в работе была осуществлена попытка в определении основных принципов и методов комплектования интернациональных соединений. Работа центральных учреждений по организации интернациональных воинских формирований нашла отражение в трудах В.Р. Копылова [5; 6], Л.И. Жарова [4] и В.И. Ананьева [2]. Однако многие из этих, а также большинства других советских работ содержат фактологические ошибки, цензурные ограничения и связанные с ними упрощенные идеологизированные интерпретации, что ограничивает их научную ценность.

В современных исследованиях центральным органам по организации интернациональных воинских формирований уделяется лишь фрагментарное внимание. Оно акцентируется лишь на отдельных аспектах истории интернациональных формирований: боевых действиях в конкретных регионах, этнической принадлежности участников. Участие интернациональных частей в Гражданской войне рассматривается в рамках смежных тем, таких как пребывание в России военнопленных Центральных держав [1; 3], а также в целом иностранцев [8; 9].

В данной статье на основе современных источников проанализирован процесс создания в первой половине 1919 г. центрального органа формирования интернациональных частей Красной армии.

ОБСТАНОВКА В ИНТЕРНАЦИОНАЛЬНЫХ ЧАСТЯХ В КОНЦЕ 1918 – НАЧАЛЕ 1919 г.

В строительстве своих вооруженных сил большевики использовали воинские части, получившие наименование интернациональных. Они формировались на добровольной основе из бывших военнопленных центральных держав, иностранных рабочих и других эмигрантов, оказавшихся в России. Летом 1918 г. советское правительство было вынуждено ввести обязательный призыв в Красную армию. Это позволило многократно увеличить ее численность. Однако интернациональные части продолжали комплектоваться в основном добровольцами. Их доля в рядах Красной армии с каждым месяцем падала, однако они не только усиливали военный потенциал РККА. Интернационалисты (5) лишь самим своим существованием выражали солидарность мирового пролетариата с революционной Россией, укрепляя моральный дух в рядах Красной армии. Кроме того, они могли послужить политическим и военным инструментом для продвижения социалистической революции за пределы России.

Летом 1918 г. была предпринята попытка централизовать процесс формирования воинских частей из иностранцев. При ВЦИК была организована Комиссия по созданию интернациональных групп РККА (далее – Комиссия) в составе трех членов и одного секретаря во главе с О.А. Браухфельдом, которая сформировала восемь губернских секций Комиссии: в Нижнем Новгороде, Казани, Самаре, Рязани, Туле, Орле, Курске и Ярославле. Они занимались, как и центральная Комиссия, агитацией среди иностранцев и формированием воинских частей. В сферу деятельности центральной Комиссии входило составление военно-административных инструкций, определение и уточнение состава и мест дислокации уже существующих подразделений. Для решения вопросов, связанных с интернациональными частями, Комиссия взаимодействовала с различными учреждениями и руководящими лицами. Однако на деле она так и не стала центральным органом по организации интернационалистов. Многие интернациональные формирования по-прежнему создавались вне ее ведома. 

Так, помимо Комиссии, в агитационной деятельности и в формировании различных подразделений из иностранцев участвовала Федерация иностранных групп (ФИГ) при ЦК РКП(б). Под эгидой этой главной, но структурно рыхлой коммунистической организации иностранцев в России, формированием войск инициативно занимались отдельные группы и даже лица. Для упорядочения этой деятельности Федерации в военной сфере, а также объединения всех интернационалистов под ее началом, в октябре 1918 г. была осуществлена попытка создания собственного полноценного центрального военного органа при ФИГ – Военной секции. Однако, в условиях уже существовавшего в России центрального учреждения при ВЦИК (Комиссии по созданию интернациональных групп РККА), Военная секция ФИГ была реализована лишь в ограниченном формате.

После заключения перемирия в Первой мировой войне и последовавших революционных событий в Европе, среди интернационалистов-красноармейцев возникло массовое желание вернуться на родину, которое нередко оборачивалось волнениями в интернациональных частях. В качестве альтернативы демобилизации предлагался компромиссный вариант отправки интернациональных частей на украинский фронт, что мотивировалось близостью к странам происхождения иностранцев, и могло успокоить их волнения. 

ФИГ продолжала добиваться контроля над интернациональными формированиями, пытаясь возглавить мощное демобилизационное движение интернационалистов. Планировалось объединение этих частей в крупные соединения и их переброска на Украину. Открывалась перспектива их дальнейшего использования для поддержки революционного движения в Европе. Однако высшее военно-политическое руководство большевиков в лице Л.Д. Троцкого и Я.М. Свердлова заблокировало эту инициативу. Их решение было скорее всего обусловлено опасением потери контроля над крупными отрядами иностранцев, которые, к тому же оказались бы вблизи границ революционной России. По всей видимости, существовали сомнения в политической устойчивости контингента, среди которого уже царили мятежные и демобилизационные настроения. Была подтверждена существовавшая норма ограничения численности интернациональных формирований уровнем батальона, в исключительных случаях – полка. Существовали обоснованные опасения относительно политической лояльности и потенциальных рисков формирования крупных иностранных воинских соединений. Именно поэтому намеренно ограничивалась численность интернациональных частей РККА. 

Несмотря на запрет на объединение интернационалистов в крупные соединения, небольшими частями отправку на Украину все же разрешили приказом от 27 ноября 1918 года. Однако реализация этого решения затягивалась, что вызвало обращение ФИГ 7 декабря 1918 г. к высшему руководству страны (В.И. Ленину, Я.М. Свердлову) с требованием ускорить процесс. К началу 1919 г. ситуация оставалась неразрешенной и 2 января 1919 г. на заседании ФИГ была принята еще одна резолюция. Она была отправлена 14 января 1919 г. в ЦК РКП (б) (6, л. 44), с копией Л.Д. Троцкому (6, л. 43). В ней говорилось, что ФИГ снимает с себя ответственность за дальнейшую судьбу интернациональных частей, если вопрос с их отправкой на Украину не будет решен.

ОРГАНИЗАЦИОННАЯ ДЕЯТЕЛЬНОСТЬ С. ЧАСТЕКА НА ПОСТУ ГЛАВЫ КОМИССИИ ПО СОЗДАНИЮ ИНТЕРНАЦИОНАЛЬНЫХ ГРУПП РККА

Между тем, весь состав Комиссии по созданию интернациональных групп из трех человек (О.А. Браухфельд, Л. Граур, А. Бернштейн) к началу января 1919 г. оказался под арестом (9, л. 6). По некотором сведениям, это случилось в связи с подозрениями в принадлежности к австро-венгерской агентуре [5, с. 8]. Дальнейшую судьбу этих людей выяснить не удалось. На должность главы Комиссии был выдвинут чешский интернационалист Славояр (Ярослав) Антонович Частек (1894–1920), вызванный в Москву из Пензы.

С. Частек – бывший поручик австро-венгерской армии, с 1917 г. находившийся в русском плену. Выбор на пост С. Частека связан вероятно с тем, что он и ранее успешно занимался организационной деятельностью среди интернационалистов: в марте 1918 г. в Пензе он был начальником штаба иностранных отрядов при советской Красной армии, где создал и возглавил интернациональный отряд из 84 человек. К августу 1918 г. отряд Частека вырос до 1-го (позже 216-го) интернационального полка 1-й Симбирской пехотной дивизии (впоследствии 24-й Симбирской Железной стрелковой дивизии). Частек участвовал в боях на Восточном фронте при взятии Сызрани, Симбирска и Самары. После освобождения последней в октябре 1918 г. он был назначен ее комендантом; занимал должность коменданта Ставрополя (ныне Тольятти).

Возможно, для стабилизации ситуации в интернациональных формированиях, 3 января 1919 г., на следующий день после вышеупомянутого заседания ФИГ, заместителем председателя Революционного военного совета Республики (РВСР) Э.М. Склянским был подписан приказ № 3, согласно которому добровольно вступившие в Красную армию бывшие военнопленные могли быть уволены и отправлены на родину [1, S. 232–233]. На основе данного приказа, Комиссия, уже во главе с Частеком подготовила инструкцию, по которой увольнению подлежали интернационалисты-красноармейцы, желавшие уволиться после шести месяцев службы, что соответствовало обязательствам всех добровольцев, коими в своем большинстве и являлись интернационалисты. Стоит отметить, что вопрос о степени действительной, а не формальной добровольности выступления иностранных граждан на стороне большевиков до сих пор до конца не изучен [10]. 

В дальнейшем современники неоднозначно оценивали данный приказ, изданный в условиях разложения интернациональных частей. Многие интернационалисты получили дополнительный стимул к демобилизации. Так, при получении данного приказа в Саратове, всех находящихся там интернационалистов пришлось разоружить в связи с массовым желанием отъезда на родину (9, л. 7). Пытаясь как-то противостоять подобным порывам, уже 12 января 1919 г. начальник Полевого штаба РВСР приказывал «не отпускать интернационалистов домой» (17, л. 2). Позднее, командующие войсками на местах также были склонны задерживать иностранцев в рядах войск. 11 марта 1919 г. командарм IV армии М.В. Фрунзе, не отказываясь от обещания демобилизации всех желающих интернационалистов, поставил условие: «Отпускать будем по мере подхода подкреплений и в зависимости от положения дел па фронте. Так было условлено с комиссией (4), приезжавшей из Астрахани» (3, с. 220). 

В январе 1919 г. С. Частек не только возглавил Комиссию при ВЦИК по созданию интернациональных групп для РККА, ему также перешли полномочия заведующего Военной секции Федерации иностранных групп при ЦК РКП(б). После отъезда ее прежнего заведующего Ф. Фрейштадта на родину в Венгрию вакантное место было предложено Частеку председателем ФИГ Э. Руднянским (8, л. 9). Таким образом, в руках С. Частека сосредоточились административное руководство центральными органами, занимавшимися формированием интернациональных частей. 

22 января 1919 г. С. Частек выступил с обращением ко всем интернационалистам в газете «Nachrichten» («Новости») на немецком языке. Он сообщил, что 22 января 1919 г. РВСР поручил ему формировать интернациональные группы Красной армии и просил всех товарищей поддержать его в организации интернациональной Красной армии, «которая полностью соответствовала бы всем надеждам и задачам, которые ставит перед нами пролетариат Западной Европы» (2, с. 42). Завершалось обращение приветствием III Интернационала. 

В том же выпуске газеты были опубликованы приказы № 1 и № 2 «военного комиссара по созданию интернациональной Красной армии в РФСФР» Частека, адресованные командирам и комиссарам интернациональных частей Красной армии. Им предписывалось в кратчайшие сроки через специальных курьеров предоставить детальные отчеты о составе, организации и численности подчиненных им подразделений, сведения об их принадлежности к дивизиям или армиям на фронте, подчиненности губернским военным комиссариатам в тылу. Также имена комиссаров с уточнением их происхождения – русские они или интернационалисты. Кроме того, требовалось описать внутреннее состояние частей, дату и обстоятельства их формирования, участие в боях, структуру подразделений, проводимую политическую работу, и существующие проблемы и недостатки (1, S. 245–246).

20 января за подписью «начальника революционной Железной дивизии Частека» (12, л. 36) в Полевой штаб РВСР (Полевой штаб) была отправлена «Программа деятельности Комиссии по созданию интернациональных частей Красной Армии» (2, с. 164–165). Целью программы объявлялось «сведение отдельных интернациональных частей в одну крупную единицу». Это должно было произойти к моменту образования единого революционного русско-германского фронта, то есть, когда русская революция объединится с германской (12, л. 36). 

Укрупнение интернациональных частей должно было происходить по мере повышения их боевой и политической подготовки. Предполагалось постепенно выходить за рамки принятого ранее ограничения организации интернационалистов не выше батальонного звена, расширяя формирования до полков, бригад, дивизий. В конечном итоге все интернационалисты должны были слиться воедино. После этого, деятельность Комиссии можно было бы считать оконченной, а ее штат, по распоряжению РВСР должен был вступить в руководство данным интернациональным объединением (2, с. 165). 

Ближайшей задачей Комиссии виделось сведение мелких отрядов интернационалистов в боеспособные единицы, «сначала не более одного батальона», после чего надлежало осуществить в них «чистку» и «присоединить их в русские полки Красной армии» (2, с. 164). Предполагалось создавать боеспособные части из интернационалистов, находившихся, в том числе, в распоряжении ВЧК, как наиболее дисциплинированных и политически устойчивых. В компетенцию Комиссии должна была входить подготовка и назначение политических комиссаров для контроля за деятельностью интернациональных частей; подготовка командного состава; перевод и назначение должностных лиц в интернациональных частях; ведение учета всех интернациональных частей и их кадрового состава. Комиссия должна была также поддерживать связь со сформированными ей подразделениями для развития партийной работы и укрепления их боеспособности. Кроме того, предполагалось организовать запасные формирования «в концентрационных пунктах движения военнопленных» (в тот момент, в Самаре), с целью пополнения данных частей завербованными военнопленными. 

Реорганизация Комиссии включала в себя формирование большого аппарата: она должна была состоять из двух военных комиссаров и двух секретарей, а также четырех отделов: общего (19 человек), инструкторско-инспекторского (учетного) (7 человек), военно-политических комиссаров и культурно-просветительно-агитационного (17 человек), а также хозяйственной части (10 человек). 

27 января данный проект со штатами был отправлен на утверждение во Всероссийский главный штаб (Всероглавштаб, ВГШ) (15, л. 26). Там же прилагалась программа (план) «концентрации» интернационалистов: предполагалось отозвать с фронтов все мелкие интернациональные части, сосредоточив действующие интернациональные части Северного фронта в запасном батальоне интернационалистов в Москве, Восточного фронта – в Самаре и Южного фронта – в Саратове и Астрахани. Крупные же части с фронтов предполагалось отзывать постепенно и, после пополнения, отправлять на украинский фронт. Мелкие формирования, находившиеся на Украине, необходимо было, не снимая с фронта, свести в батальоны (15, л. 26).

Проект и штаты реорганизованной Комиссии были рассмотрены на заседании Совета ВГШ 2 февраля 1919 года. По итогам заседания было подтверждено полезным наличие в составе Красной армии интернациональных частей и «особого центрального органа, который с одной стороны руководил бы политической подготовкой направляемого в эти части контингента, с другой же ведал [бы] самим формированием» (15, л. 21). В протоколе заседания Совета ВГШ впервые значится название нового органа управления, которое признавалось необходимым создать по ходатайству Комиссии: Управление по формированию интернациональной Красной армии (15, л. 21). Данное представление было внесено на рассмотрение в Военно-законодательный совет. Однако создание Управления затянулось на два месяца. 

21 февраля С. Частеком был отправлен доклад на имя председателя РВСР Л.Д. Троцкого с копиями В.И. Ленину, председателю ВЦИК Я.М. Свердлову, и главкому И.И. Вацетису (7, л. 1–2). По данным Частека, число всех интернационалистов, находившихся к тому моменту в составе РККА, составляло 15–18 тыс. человек, из которых в контакте с Комиссией находилось лишь 10 тысяч. Их боевые качества оценивались довольно высоко. При этом «политическое убеждение товарищей» для поддержания революционного движения на своей родине, напротив, оценивалось как неудовлетворительное. Такой результат, по мнению Частека, был обусловлен неправильным пониманием в недавнем прошлом своей задачи Федерацией иностранных групп. Она «ограничилась… исключительно газетной вербовочной деятельностью и оставила стороною… политическую обработку поступившего суррогата в ряды Красной армии» (7, л. 1). Результатом этого стал массовый уход интернационалистов из рядов Красной армии, которые, прослужив шесть месяцев, по закону имели право уволиться из рядов РККА и теперь действительно требовали увольнения и отправки на родину. Из-за этого повсеместно происходило брожение и даже бунты интернационалистов. 

Для повышения политической надежности Частек предлагал перевести для «оздоровления» интернациональные формирования в тыл, начав с частей Восточного фронта, к которому он имел непосредственное отношение – однако, он подчеркивал, что для осуществления этих действий его необходимо наделить специальными полномочиями. 

Данные идеи, а также планы, изложенные еще в своей январской программе деятельности Комиссии, Частек развил на конференции иностранных коммунистов, проходившей 3–4 марта 1919 г. в Москве. 

По его данным, из 30–35 тыс. интернационалистов, находившихся на всех фронтах Гражданской войны (9, л. 6) лишь 15–20% являлись убежденными коммунистами. Он отмечал, что большинство «иностранных рабочих и крестьян попало в эти отряды, состоящие из 200–300 человек, не имея никакой политической подготовки» (9, л. 6). 

Согласно концепции Частека, непосредственно на Украину следовало направлять только идеологически подготовленные подразделения, в то время как с остальными частями требовалась предварительная политическая работа в небольших подразделениях, которые должны быть сконцентрированы в Белгороде или Полтаве. При этом укрупнение подразделений планировалось осуществлять только при достижении 50-процентной доли убежденных коммунистов в их составе. 

Обращаясь к иностранным коммунистам (многие из которых состояли в ФИГ), он высказался против продолжающегося отъезда иностранных коммунистических кадров из революционной России. В условиях дефицита коммунистических кадров предлагалось также прекратить вербовку новых красноармейцев из числа военнопленных и сосредоточить агитационную работу исключительно в действующих частях. Это предложение было принято.

Другие иностранные коммунисты в ходе прений также констатировали продолжающееся уже практически полгода разложение в интернациональных частях Красной армии, рассуждая о причинах и предлагая различные варианты решений вопроса их судьбы. Итоговая резолюция конференции включала пункт о невоспрепятствовании выезду на родину желающих интернационалистов согласно приказу Э.М. Склянского от 3 января 1919 г. (9, л. 15). 

После ознакомления докладом Частека от 23 февраля 1919 г., было проведено совещание Реввоенсовета, на котором было решено пригласить С. Частека в Полевой штаб РВСР в Серпухов для обсуждения всех вопросов, связанных с упорядочением организации интернационалистов (11, л. 225). 

4 марта 1919 г. Полевой штаб направил начальнику Всероглавштаба проект приказа о создании Управления и проект его штата. Также сообщалось, что С. Частек ходатайствовал определить Белгород пунктом формирования интернациональных войск. Однако, по мнению Полевого штаба, для данной цели лучше подходила Самара, «дабы в интернациональных частях не было излишнего тяготения к Украине…» (2, с. 42). Совет ВГШ согласился с мнением Полевого штаба по поводу выбора Самары в качестве центра формирования интернациональных войск. 

Между тем и Военно-законодательный совет (ВЗС) при Реввоенсовете Республики наконец рассмотрел проект Частека о создании центрального органа формирования интернациональных частей и дал отрицательное заключение. Отказ мотивировался необходимостью предварительной разработки «особого положения» об Управлении. ВЗС предлагал объединить формирование интернациональных частей, и частей из российских мусульман, киргиз и других национальностей в едином центральном органе (15, л. 12 об).

Вторая попытка была инициирована вмешательством Э.М. Склянского, который распорядился пересмотреть вопрос об образовании Управления. 18 марта 1919 г. было проведено новое междуведомственное совещание, где другой проект штатов подвергся уже незначительному сокращению. На следующий день, 19 марта 1919 г., ВЗС принял положительное решение, обосновав его следующим образом: «Приняв во внимание дополнительные данные, полученные… от ВГШ постановил: 1) дело… ввиду особого характера работы… может быть возложено лишь на специально созданный для такой цели орган…; 2) работа по формированию интернациональных частей, в связи с происходящими в настоящее время военными действиями, требует возможно быстрого осуществления испрашиваемой меры» (14, л. 70). Итогом стала отправка Советом ВГШ в Полевой штаб 22 марта 1919 г. доклада вместе с откорректированными проектами приказа об образовании Управления и штатов (12, л. 33).

Между тем, бюрократическое затягивание решение о центральном органе интернациональных частей, грозило окончательным разложением последних. В своем очередном докладе в РВСР 20 марта 1919 г. Частек обращал внимание на демобилизационных настроениях в частях. Так, батальон в Александровом Гае, узнав об образовании Венгерской Советской Республики (ВСР), расформировался и солдаты группами начали уезжать на Украину, где, по сведениям Частека, большинство из них пытались пробраться на родину. Аналогичные настроения наблюдались и в немецко-мадьярской роте из Покровска Саратовской губернии, и в других местах. Частек не видел эффективных рычагов, которые могли бы остановить разложение интернациональных частей и стремление иностранцев покинуть Россию. По его мнению, даже если бы председатель ФИГ Э. Руднянский выпустил воззвание к интернационалистам оставаться на своих местах, то это бы не изменило общего настроения солдат (17, л. 60). 

С. Частек резюмировал, что в Советской России наблюдается печальное явление – «постепенно исчезают – правильнее сказано – расходятся интернациональные части». При этом из этих же людей «в пределах Украинской советской республики создаются интернациональные части» и создается «интернациональная Красная армия» (17, л. 60). Действительно, в УССР, автономно действовали собственные военные органы и учреждения, которые с весны 1919 г. формировали воинские части из интернационалистов, ранее воевавших на территории РСФСР. Он заключил свой доклад фактическим ультиматумом, заявив, что, если до 5 апреля 1919 г. Комиссия под его руководством не получит никакой обратной связи, и РВСР не издаст приказ об отзыве интернациональных частей с фронта и их сосредоточении в едином пункте формирования, Комиссия к 15 апреля самораспустится, передав все дела Л.Д. Троцкому.

СОЗДАНИЕ И ДЕЯТЕЛЬНОСТЬ УПРАВЛЕНИЯ ПО ФОРМИРОВАНИЮ ИНТЕРНАЦИОНАЛЬНОЙ КРАСНОЙ АРМИИ 

Обращение С. Частека непосредственно к высшему руководству военного ведомства ускорило создание Управления. 31 марта 1919 г. заместитель председателя РВСР Э.М. Склянский утвердил положение ВЗС от 19 марта. В свою очередь, 7 апреля 1919 г. Всероглавштабом был издан приказ № 122 об образовании Управления по формированию интернациональной Красной армии (15, л. 81). В конечном счете, на основе данного приказа и утвержденного Положения ВЗС РВСР, был издан 17 апреля 1919 г. приказ № 730 (17, л. 61–61 об), определявший функции и задачи Управления. 

Приказ РВСР № 730 упразднял все ранее существовавшие органы, занимавшиеся формированием и управлением интернациональными войсками, передав их полномочия, личный состав и имущество в распоряжение нового Управления. Формирование интернациональных частей вне его структуры было запрещено. Укомплектование интернациональных войск предписывалось осуществлять исключительно иностранными гражданами-добровольцами, не состоявшими в русском подданстве до июля 1914 года. 

Все вопросы снабжения интернациональных частей поручалось решать через соответствующие главные управления военного ведомства. Для политического контроля в частях должны были назначаться комиссары, что регулировалось Всероссийским бюро военных комиссаров по согласованию с С. Частеком, которому и поручалось формирование войск. Боеготовые подразделения должны были отправляться на фронт по указанию Полевого штаба РВСР. Таким образом, с большими организационными трудностями Управление по формированию интернациональной Красной армии было, наконец, создано.

Центром организации интернационалистов был назначен Нижний Новгород, куда переводилось само Управление, а также запасный батальон из Москвы, с 1918 г. служивший пунктом сосредоточения интернационалистов. Согласно собранным Частеком данным, к началу апреля 1919 г. на территории РСФСР (исключая УССР и Украинский фронт) в тылу в различных формированиях находилось около 2 тыс. интернационалистов (2, с. 178–179). На фронте по этим же сведениям находилось более 15 частей, подразделений, отрядов, групп интернационалистов, общей численностью более 6 тыс. человек (17, л. 61). 

Таким образом, суммарно в РСФСР на начало апреля 1919 г. насчитывалось около 8 тыс. интернационалистов. Ранее Частеком озвучивалась более высокая цифра – 19 тыс. человек. Данное расхождение может объясняться несколькими факторами. Частек мог полагаться на свои февральские данные, согласно которым из 15–18 тыс. интернационалистов на связи с Комиссией находилось лишь 10 тыс. человек. По всей видимости, отсутствовала связь с китайскими отрядами (20; 13, л. 4, 6–9), а также с формированиями фактически эсклавной Туркестанской АССР (19) и другими. 

Планировалось сформировать бригаду из трех стрелковых полков, двух кавалерийских дивизионов и одного легкого артиллерийского дивизиона. В первую очередь на основе тыловых частей интернационалистов ставилась задача сформировать стрелковый полк, а сроки формирования остальных подразделений должен был определить Совет ВГШ. Что касалось интернациональных частей, находившихся на фронте, то они могли быть отправлены в Нижний Новгород только с разрешения от Полевого штаба РВСР (2, с. 177).

В период с конца апреля по начало июня 1919 г. деятельность Управления осуществлялась, как запланировано, в Нижнем Новгороде, где основное внимание уделялось формированию 3-го интернационального стрелкового полка. Однако к концу мая, за полтора месяца работы Управления, в полку удалось сосредоточить лишь 540 интернационалистов (18, л. 31). Параллельно осуществлялась некоторая работа по созданию интернационального кавалерийского и артиллерийского дивизионов. Низкая эффективность организационной работы объяснялась рядом факторов. В некоторых местах военные органы задерживали отправление в Нижний Новгород интернациональных частей. Также, часть соединений из списка оказались расформированы уже незадолго после его составления. В Нижний Новгород интернационалисты не стремились – их движение было направлено на запад, на Украину, откуда они рассчитывали добраться на родину – в Венгрию, Германию, Чехословакию.   

Отток иностранцев из частей на подконтрольной центру территории РСФСР шел семимильными шагами – в 20 мая в своем докладе С. Частек указывал на едва ли 2,5–3 тыс. оставшихся в его распоряжении интернационалистов: большинство из них уже оказались к этому моменту за на Украине. В связи с этим Частек настаивал на переводе Управления и формирующихся частей в Киев, где, по его сведениям, уже почти «сформированы два стрелковых полка из интернационалистов, уехавших из России» (14, л. 28–28 об). Отныне возможность сформировать бригаду существовала лишь на Украине, и Реввоенсовет Республики санкционировал передислокацию. В начале июня 1919 г. Управление и 3-й полк переехали в Киев, где активизировали организационную работу. За трехнедельный период удалось увеличить численность 3-го полка до 1687 военнослужащих. 

Особенностью ситуации являлось создание в УССР 9 мая 1919 г. собственного Управления по формированию интернациональной Красной армии, с целью организации аж целой дивизии из интернационалистов для «революционной помощи» Венгрии. Однако дело столкнулось с рядом проблем, и в конечном итоге, ведение всех дел по формированию интернациональных частей перешло в руки С. Частека. Путем объединения всех сформированных частей была создана 1-я интернациональная бригада под его командованием. 

В конце июля 1919 г. Управление по формированию интернациональной Красной армии было расформировано, а его кадровый состав интегрирован в штаб данной бригады и запасного батальона, который перенял функции Управления. Впоследствии 1-я интернациональная бригада, ставшая и самым крупным подразделением интернационалистов в Гражданской войне, приняла деятельное участие в военных операциях против войск А.И. Деникина. 

ДАЛЬНЕЙШАЯ ОРГАНИЗАЦИЯ ИНТЕРНАЦИОНАЛЬНЫХ ЧАСТЕЙ

Организационный опыт Управления послужил основой для дальнейшей практики формирования интернациональных подразделений в составе советских Вооруженных сил. Спустя несколько недель после упразднения Управления оно было восстановлено на основе имевшейся нормативно-правовой базы уже под руководством Революционного комитета Венгрии, деятельность которого была направлена на восстановление к тому времени уже павшей Венгерской Советской Республики. В августе 1919 г. в составе венгерского ревкома было образовано Управление по формированию интернациональных частей в Серпухове под руководством И. Ковача. Однако уже 30 сентября 1919 г. последовал приказ Реввоенсовета Республики о передаче всех полномочий по формированию интернациональных частей Федерации иностранных групп РКП(б) и созданной при ней Военной комиссии (16, л. 103). В состав комиссии вошли представители европейских коммунистических групп: венгерской, югославской, румынской, немецкой и чехословацкой. 

Таким образом, спустя год после инициативы по созданию полноценной Военной секции, Федерации иностранных групп удалось сформировать центральный орган, ответственный за организацию интернациональных формирований. Оценивая деятельность своих предшественников, Комиссии по созданию интернациональных групп и Управления по формированию интернациональной Красной армии РСФСР, ФИГ указывал на их недостаточно эффективную работу. По мнению руководства ФИГ, эти структуры действовали вне партийного влияния, а в ряде случаев противодействовали ему, демонстрируя недостаточную компетентность и неспособность решать поставленные задачи, руководствуясь скорее своими личным интересами (10, л. 66 об). Особую критическую позицию занимали председатель ФИГ Э. Руднянский наркомвоен Венгрии, бывший интернационалист Т. Самуэли в отношении фигуры С. Частека. В их оценках подчеркивались недостатки его организаторских и деловых качеств, в частности, склонность к единоличному принятию решений и создание препятствий для реализации потенциала других организаторов, а также игнорирование позиций вышестоящих политических органов [8, с. 116, 211–213]. Стоит отметить, что о личностных и боевых качествах С. Частека другие современники отзывались высоко. 

С каждым месяцем численность и влияние интернациональных частей продолжало неизбежно сокращаться, усиливались процессы демобилизации и репатриации интернационалистов из числа бывших военнопленных. Весной 1920 г. произошла очередная реорганизация: ФИГ и действовавшая при ней Военная комиссия были упразднены. В марте 1920 г. от тифа скончался С. Частек – один из ключевых руководителей интернационального движения, что символически обозначило завершение важного этапа в истории интернациональных формирований в составе Красной армии. С 1920 г. формирование новых интернациональных частей продолжалось преимущественно в отдаленных регионах страны (в частности, в Туркестане), а также осуществлялось формирование подразделений из этнических поляков в период Советско-польской войны. На центральном уровне координация деятельности по интернациональным частям (включая вопросы учета, регистрации, перемещения) была возложена на созданное Отделение по организации интернациональных частей Организационного управления Всероссийского главного штаба. Это учреждение было упразднено во второй половине 1920 г. в условиях демобилизации основной части интернационалистов из Красной армии.

ЗАКЛЮЧЕНИЕ

Изучение процесса создания Управления по формированию интернациональной Красной армии в январе – апреле 1919 г. позволяет сделать некоторые выводы о системе управления и общей обстановке среди интернациональных воинских формирований первой половине 1919 г. в России. 

Исследование показало, что основными проблемами в организации интернациональных частей в конце 1918 – начале 1919 г. являлись в первую очередь, массовые демобилизационные настроения среди бывших военнопленных после окончания Первой мировой войны, выливавшиеся в протесты, которые предполагалось решить отправкой интернациональных частей на Украину – ближе к их родине. Для реализации данной меры и оптимизации интернациональных частей, заключавшейся в повышении их коммунистического убеждения с дальнейшим объединением в крупные соединения, предполагалось создать новый орган, положение о котором было разработано в январе 1919 г. С. Частеком. 

Однако процесс институционализации управления интернациональными частями происходил в крайне сложных условиях, характеризовавшихся как объективными, так и субъективными факторами. К первым следует отнести тяжелую военную обстановку и относительно небольшую численность интернационалистов по сравнению с регулярными частями РККА (считанные проценты от общей численности армии), что не способствовало должному вниманию высшего руководства к решению их организационных вопросов. Существенным фактором также являлось общее состояние системы военного управления, находившейся в процессе становления.

Существовало и противостояние различных военно-политических акторов. Руководство интернациональными частями (С. Частек, Комиссия по созданию интернациональных групп РККА), иностранные коммунисты (Федерация иностранных групп при ЦК РКП(б)), армейское и высшее руководство имели зачастую различные, иногда даже противоречащие друг другу взгляды на использование иностранных добровольцев. 

В конечном итоге, настойчивость С. Частека, постоянно апеллировавшего к высшим лицам в государстве, привела в апреле 1919 г. к образованию Управления по формированию интернациональной Красной армии. 

Приказ РВСР № 730 от 17 апреля 1919 г. об образовании Управления стал важной вехой в истории интернациональных формирований, впервые создав единую нормативно-организационную базу для их строительства и определив четкие критерии комплектования. Результатом четырехмесячной, не беспроблемной деятельности Управления под руководством С. Частека, явилось создание 1-й интернациональной бригады, ставшей и самым крупным интернациональным подразделением в Гражданской войне в России.

Примечания

1. Lager, Front oder Heimat. Deutsche Kriegsgefangene in Sowjetrussland 1917–1920. 1–2 Bd. München, 1994. 
2. Боевое содружество трудящихся зарубежных стран с народами Советской России (1917–1922). М., 1957. 
3. Венгерские интернационалисты в Октябрьской революции и гражданской войне в СССР, в 2 т., Т. 2. М., 1972. 
4. Имеется в виду Комиссия по созданию интернациональных групп РККА. 
5. Интернационалистами – красноармейцами или просто интернационалистами именовались в документах бойцы интернациональных подразделений РККА. В настоящей статье термин используется именно в данном значении.
6. Российский государственный архив социально-политической истории (РГАСПИ). Ф. 17. Оп. 65. Д. 95. 
7. РГАСПИ. Ф. 17. Оп. 109. Д. 51. 
8. РГАСПИ. Ф. 549. Оп. 1. Д. 1. 
9. РГАСПИ. Ф. 549. Оп. 1. Д. 2. 
10. РГАСПИ. Ф. 549. Оп. 1. Д. 5. 
11. Российский государственный военный архив (РГВА). Ф. 6. Оп. 12. Д. 202. 
12. РГВА. Ф. 6. Оп. 12. Д. 203. 
13. РГВА. Ф. 10. Оп. 2. Д. 822. 
14. РГВА. Ф. 11. Оп. 5. Д. 412. 
15. РГВА. Ф. 11. Оп. 15. Д. 15. 
16. РГВА. Ф. 11. Оп. 15. Д. 17. 
17. РГВА. Ф. 11. Оп. 15. Д. 20. 
18. РГВА. Ф. 19. Оп. 1. Д. 41. 
19. В список не вошли различные интернационалисты, воевавшие в иррегулярных формированиях в Сибири и на Дальнем Востоке. Также стоит отметить, что интернациональные формирования зачастую включали некоторое количество русских, или представителей других национальностей бывшей Российской империи. 
20. Сюда же можно причислить корейцев. 

Список литературы

1. Leidinger H., Moritz V. Gefangenschaft, Revolution, Heimkehr. Die Bedeutung der Kriegsgefangenenproblematik für die Geschichte des Kommunismus in Mittel- und Osteuropa 1917–1920. Wien u.a., 2003. 
2. Ананьев В.И. Роль иностранных групп РКП(б) в организации интернациональных формирований Красной Армии // Ученые записки Пермского педагогического института. Оренбургского педагогического института. Общественные науки. Вып. 36. Оренбург, 1973. С. 22–50. 
3. Белова И.Б. Вынужденные мигранты: беженцы и военнопленные Первой мировой войны в России. 1914–1925 гг. М., 2014. 
4. Жаров Л.И. Центральные органы формирования интернациональных частей Красной Армии // Интернационалисты: трудящиеся зарубежных стран – участники борьбы за власть советов. М., 1967. С. 573–598. 
5. Копылов В.Р. Центральные органы по формированию интернациональных частей Красной Армии. М., 1967. 
6. Копылов В.Р. Центральные органы формирования интернациональных частей Красной Армии (1918–1920 гг.) // Октябрьская революция и пролетарский интернационализм. Сборник. М., 1970. 
7. Краснов В.Г. Создание интернациональных формирований Красной Армии в годы гражданской войны и военной интервенции в СССР (1918–1920 гг.). Дис. ... канд. ист. наук. М., 1984. 
8. Полторак С.Н. Иностранцы в Красной армии в 1918–1922 гг.: опыт и уроки общественно-политической и боевой активности: дисс. … доктора ист. наук. СПб., 1992. 
9. Смирнов Ю.И. Граждане зарубежных стран и их деятельность в Советской России в 1918–1920-е годы. М., 2008. 
10. Суржикова Н.В. Мифу миф? Военнопленные-интернационалисты и Гражданская война на востоке России в зеркале советской историографии // Гражданская война на Востоке России: материалы Всероссийской научной конференции, Пермь, 25–26 ноября 2008 года. Пермь: Типография "Астер", 2008. С. 265–273. 

Информация об авторе

Гуня Герман Алексеевич, аспирант Института всеобщей истории Российской академии наук, г. Москва, Российская Федерация. 

Автор-корреспондент

Гуня Герман Алексеевич, e-mail: Gunya.G@yandex.ru

WORKS OF YOUNG SCIENTISTS

Original Paper

Directorate for the Formation of the International Red Army: 

formation and activities in late 1918 – first half of 1919

German A. Gunya ¹

¹ Institute of World History 

Russian Academy of Sciences, 

Moscow, Russian Federation,

ORCID: https://orcid.org/0000-0002-9195-9422, е-mail: Gunya.G@yandex.ru

Abstract: 

The article studies the process of organization of international formations in the Red Army in the period from the end of 1918 to the first half of 1919 at the central (state) level. The general situation among foreign volunteers of the Red Army in Russia is described through this prism. The relevance of the study is conditioned by the modern practice of attracting foreign citizens to military service. The key problems in the organization of international units at the end of 1918 - beginning of 1919 are revealed. Besides the general reasons (complicated military situation), these are mass demobilization moods among former prisoners of war after the end of World War I and revolutions in European countries, their aspiration to the West; institutional chaos in the conditions of building a regular army; contradictions between different military-political actors in the use of foreign volunteers. The activity of S. Chastek, the head of the Commission for the Establishment of International Groups of the Red Army, in solving the problems of international formations is traced. He planned to improve the political mood in the international units, unite them into a large compound and concentrate them on the western frontiers. To solve these problems it was supposed to create a special central body - the Directorate for the formation of the international Red Army (Directorate), but the process of its creation in the dynamic military and political situation was significantly delayed (for 3 months). Established in April 1919, thanks to the persistence of S. Chastek, the Directorate for the first time created a unified normative and organizational basis for the construction of international formations. The result of its activity was the creation of the 1st International Brigade - the largest international unit of the Civil War period. The practical significance of the work is in the identification of historical experience useful for modern research in the field of construction of armed forces, associated with the organization and centralization of management of specific military formations, in particular - with multi-ethnic personnel. Scientific novelty lies in the study of the issue in the absence of modern research on the topic, based on archival documents from the fonds of the Russian State Archive of Military History (f. 6, 10, 11, 19) and the Russian State Archive of Military History (f. 17, 549), many of which are introduced for the first time in the scientific turnover.

Keywords: International units, Civil War, Red Army, Directorate for the formation of the International Red Army, 1st International Brigade, internationalists, RVSR, Federation of Foreign Groups, FIG, revolutionary movement in Europe, Russian revolution, volunteers, demobilization, dismissal and sending home, political work in the troops, foreign communists, Ukraine, Ukrainian SSR, V.I. Lenin, Ya.M. Sverdlov, L.D. Trotsky, E.M. Sklyansky, S. Chastek

References

Information about the author 

German A. Gunya, postgraduate student at the Institute of World History of the Russian Academy of Sciences, Moscow, Russian Federation.

Corresponding author

German A. Gunya, e-mail: Gunya.G@yandex.ru  

Nauka. Obŝestvo. Oborona. 2025. Vol. 13, no. 2. P. 14–14.