Nauka. Obŝestvo. Oborona

2022. Т. 10. № 4. С. 31–31.

2311-1763

Online ISSN

Science. Society. Defense

2022. Vol. 10, no. 4. P. 31–31.


UDC: 355:401(498) + 425.4(477.74) «1941/1944»

DOI: 10.24412/2311-1763-2022-4-31-31

Поступила в редакцию: 28.03.2022 г.

Опубликована: 27.09.2022 г.

Submitted: March 28, 2022

Published online: September 27, 2022 


Для цитирования: Иванов В. А. Деятельность румынских спецслужб на территории Одесской области в годы Великой Отечественной войны // Наука. Общество. Оборона. 2022. Т. 10, №4(33). С. 31-31. https://doi.org/10.24412/2311-1763-2022-4-31-31.

For citation:  Ivanov V. A. Activities of Romanian special services on the territory of Odessa region during the Great Patriotic War. – Nauka. Obŝestvo. Oborona = Science. Society. Defense. Moscow. 2022;10(4):31-31. (In Russ.). https://doi.org/10.24412/2311-1763-2022-4-31-31.

Благодарности: Автор выражает признательность А.В. Бабичу, аспиранту Черновецкого национального университета имени Юрия Федьковича, а также сотрудникам Государственного архива Одесской области за предоставленные материалы и рекомендации при работе над настоящей публикацией.

Acknowledgements: The author expresses his gratitude to A.V. Babich, a local historian, postgraduate student of the department of history of Chernovetskiy National University named after Yuriy Fedkovych, and also to the staff of the State Archive of the Odessa Region for the materials and recommendations provided during the work on this publication.

Конфликт интересов:  О конфликте интересов, связанном с этой статьей, не сообщалось.

Conflict of Interest: No conflict of interest related to this article has been reported.

© 2022 Автор(ы). Статья в открытом доступе по лицензии Creative Commons (CC BY). https://creativecommons.org/licenses/by/4.0/ 

© 2022 by Author(s). This is an open access article under the Creative Commons Attribution International License (CC BY)


СПЕЦСЛУЖБЫ: ИСТОРИЯ И СОВРЕМЕННОСТЬ

Оригинальная статья

Деятельность румынских спецслужб

на территории Одесской области

в годы Великой Отечественной войны

Вячеслав Александрович Иванов *

 Государственное бюджетное учреждения Республики Крым

«Центральный музей Тавриды»,

с. Мирное, Симферопольский район, Республика Крым, Российская Федерация,

ORCID: https://orcid.org/0000-0003-0994-3817, e-mail: slavik1855@gmail.com 

Аннотация:

О противостоянии советской и румынской разведок в годы Великой Отечественной войны в отечественной историографии мало что известно. Если о секретных операциях спецслужб стран антигитлеровской коалиции против нацистской Германии изданы книги и защищены диссертации, то о союзниках Третьего Рейха такая информация присутствует лишь отчасти. Королевство Румыния вместе с Германией участвовала в вооруженной агрессии против Советского Союза. Для борьбы с партизанами и подпольщиками на оккупированной территории были задействованы две разведывательные структуры Румынии: тайная полиция безопасности Королевства Румыния – сигуранцы (с рум. siguranţă – безопасность) и Специальная разведывательная служба (Serviciul Special de Informații, SSI). Географически их деятельность охватывала: Буковину, Бессарабию, Транснистрию (Винницкую, Одесскую, Николаевскую области Украинской ССР и левобережной части Молдавской ССР), а также Крым, Кубань и Северный Кавказ. В статье анализируется методы работы румынских спецслужб, на основании неопубликованных документов (фонды Государственного архива Одесской области, Отраслевой государственный архив Службы безопасности Украины по Одесской области). Необходимо выделить следующие аспекты их деятельности: слежку, наблюдение, конспирацию, вербовку, внедрение, изоляцию, создание лже-партизанских и лже-подпольных антифашистских групп. Вся работа была направлена на ликвидацию антифашистского Сопротивления на оккупированной румынами Одесской области. Анализ проблемы, изложенной в публикации позволяет говорить о том, что в годы Великой Отечественной войны антифашистские силы Сопротивления столкнулись с подготовленными разведывательными структурами Румынии. Разгром румынской разведки ярко демонстрирует силу партизанского подполья и показывает те невероятные усилия, которые потребовались от советских патриотов для достижения этой победы. 

 

  Ключевые слова: 

Великая Отечественная война, сигуранца, абвер, гестапо, СД,

контрразведывательная деятельность, НКВД, НКГБ, партизаны, подпольное движение, разведывательно-диверсионная группа (РДГ)

ВВЕДЕНИЕ

  

22 июня 1941 г. Королевство Румыния объявило войну СССР, вступив в нее на стороне нацистской Германии. Таким образом Румыния оказалась в числе стран-агрессоров. Она вошла в гитлеровскую коалицию стран «Оси». Формально румынские войска действовали независимо, но в оперативном и тактическом плане подчинялись германской группе армий «Юг».

 

Наступление войск королевской Румынии началось 1 июля 1941 года.  К концу августа они захватили территории Бессарабии и Северной Буковины [7, с. 267]; [8, с. 256-258]; [14, с. 9-10]; [16, с. 343-344]; [29, р. 164]; [30, р. 158].

 

Общая численность румынских вооруженных сил в ноябре 1941 г. достигла 700 тыс. солдат и офицеров [15, с. 346].

 

Во время осады Одессы (5 августа – 16 октября 1941 г.) разведывательную поддержку 4-й румынской армии осуществляли: Центр №1 под руководством капитана Николае Томеску; Центр №2 под руководством майора Георге Балотеску; разведцентр «В» Генерального штаба Королевства Румынии под руководством подполковника Александра Ионеску (он же был известен в разведывательных кругах как «Алион», что расшифровывалось весьма просто: по первым буквам имени и фамилии) [9, с. 345-346]; [15, с. 116].

 

Отсюда закономерно возникает вопрос, каким же образом разведка Румынии получала секретную информацию? Ценным источником информации стали сведения, полученные от советских военнопленных. Использовалась и информация, получаемая от агентов, заброшенных через линию фронта. Итогом работы румынской разведки стали:

  • разведанные о детальном расположении советской обороны в Одессе (в частности, как были распределены баррикады);
  • сведения о местонахождении всех советских военных заводов;
  • информационные сообщения об организации особых отделов НКВД и ГУГБ Отдельной Приморской армии, т. е. своих непосредственных противников.

 

Таким образом, как видим, в противостояние с советскими разведывательными органами и подпольно-патриотическими силами вступал хорошо подготовленный и осведомленный противник, победить которого было довольно непросто.

 

ОРГАНИЗАЦИЯ РАЗВЕДЫВАТЕЛЬНОЙ РАБОТЫ СИГУРАНЦЫ

НА НАЧАЛЬНОМ ЭТАПЕ ОККУПАЦИИ ОДЕССЫ

 

После захвата г. Одессы на ее территории румынские оккупационные власти организуют собственные органы правопорядка с выделением разведывательных структур для подавления советского Cопротивления. Создаются два инспектората жандармерии (северный в г. Балта и южный в г. Одесса), которые должны были осуществлять надзор над полицией. Этот процесс осуществлял начальник субинспектор жандармерии Транснистрии и Бессарабии (штаб которого также находился в Одессе). Каждый район делился на посты, возглавляемые жандармскими субофицерами [2, с. 191]. Таким образом была выстроена четкая вертикаль власти, где каждая охранная структура была под контролем и тесным наблюдением другой. Очевидно это было сделано для того, чтобы каждая из структур не выглядели чересчур независимой и лучше выполняла приказы, поступающие от Центра.

 

Оккупированная румынами Одесса была разделена на префектуры, границы которых приблизительно соответствовали административным границам районов города [27]. Во главе каждого района стоял комиссар полиции, при котором была районная сигуранца, или уже нам знакомая SSI (Специальная Служба Информации). В городе штаб Центральной Префектуры полиции располагался по адресу Пушкинская, 29 и во главе нее стояли полковник Юлиан Попович и комиссар сигуранцы Никулеску. Всего по городу было организовано 9 префектур:

  • Районная Префектура № 1, Красный переулок, 7 (руководители Никулеску и Лехнецкий);
  • Районная Префектура № 2, ул. Пушкинская, 77;
  • Районная Префектура № 3, ул. Михайловская, 34 (руководители Данилов и Версан);
  • Районная Префектура № 4, ул. Пастера, 2 (руководитель Вотеску);
  • Районная Префектура № 5, ул. Московская, 24 (руководитель Енаке Василий);
  • Районная Префектура №6, ул. Градоначальническая, 33 (руководители Попеску, Видрашку);
  • Районная Префектура № 7, Слободка-Романов;
  • Районная Префектура № 8,  ул. Французский бульвар, 77  (руководители Никулеско  и В. И. Беленский);
  • Районная Префектура № 9, ул. Торговая, 6 [2, с. 191-192].

 

С целью обеспечения наилучшего контроля над ситуацией на оккупированной территории, румынские власти практиковали отпускать советских военнопленных на свободу под поручительство. Это было сделано по двум причинам: во-первых, отпускаемого из плена человека легко можно было контролировать, обеспечив его необходимыми документами, а во-вторых, румынские разведчики выясняли степень лояльности отпускаемого из плена гражданина по отношению к новой оккупационной власти.

 

Так, в поручительстве:  от  22 апреля 1943; г. Михаил Иванчук, 39 лет, механик, проживающий в г. Одессе, украинец по национальности, Средне-Фонтанской дороги, 4 станции, ул. Перекопской дивизии №23, паспорт №694549 (удостоверение личности); Николай Кулаки, 63 лет, проживающий  в  г. Одессе,  грек  по  национальности, Средне-Фонтанской дороги, 4 станции, ул. Перекопской дивизии № 23, паспорт №548272 (удостоверение личности) заявляют, что хорошо знают жителя по Средне-Фонтанской дороге, 4 станции, ул. Перекопской дивизии № 23, Сущенко Илью Алексеевича, 1910 г. рождения, украинца по национальности. Как видим, для румын очень важно было подчеркнуть национальную идентичность бывших граждан СССР для того, чтобы нанести удар по советской концепции интернациональности с целью ее дальнейшей дискредитации (1).

 

В документе упоминаются родители Ильи Алексеевича Сущенко – Алексей и Ольга Сущенко. Особо подчеркнут тот факт, что он не является членом ВКП(б), либо другой враждебной румынскому оккупационному режиму политической организации и «является благонадежным человеком, будучи хорошего поведения, что собственноручными подписями заявляем». Декларация была составлена на румынском языке с переводом на русский. Примар: с. Дмитриевки; Одесской области. Виктор Артамонов удостоверил подписи свидетелей, после прочтения ее им и соответствующего перевода на русский язык (2). Приведенный эпизод с поручительством является отличным свидетельством того, что румынские оккупационные власти тесно взаимодействовали со службами охраны порядка и госбезопасности, введя четкую и продуманную систему контроля над перемещением лиц на подконтрольной им территории. Тот же примар с. Дмитриевки Виктор Артамонов удостоверил письменные свидетельства Андрея Николаевича Кулинича, 48 лет, украинца, проживавшего на станции Ср. Фонтана №137, и Ковтун Александры Филипповны, 36 лет, украинки, проживавшей на Дерибасовской 10 в отношении Юрия Вячеславовича Бартеньева, 1923 г. рождения, бывшего военнопленного (его отпускной билет № 1242 от 1 сентября 1941 г.), в том, что он «не является ни кандидатом, ни членом ВКП(б), либо какой-нибудь другой политической организации, и является благонадежным человеком, будучи хорошего поведения…» (3). 

 

Отметим, что оба лица были зарегистрированы в 8-м полицейском участке г. Одессы на 1942 г. – то есть местные жители находились под пристальным вниманием румынских спецслужб, которые практически контролировали каждый их шаг.

 

ВЗАИМОДЕЙСТВИЕ РУМЫНСКИХ И ГЕРМАНСКИХ РАЗВЕДЫВАТЕЛЬНЫХ СТРУКТУР

В ОККУПИРОВАННОЙ ОДЕССЕ

 

В тесном контакте с румынскими контрразведчиками действовали германские разведывательные  структуры.  В  Одессе  немецкие  службы  безопасности  размещались  на ул. Коблевской, 38-40 (полевая жандармерия), ул. Греческой, 45, ул. Троицкой, 1 (гестапо) и на ул. Розы Люксембург (комендатура) [2, с. 193]. Кроме того, в окрестностях Одессы некоторое время действовала «форгруппа морской разведывательной команды абвера по Черному и Азовскому морям» под руководством лейтенанта Бирмана [22, с. 124].

 

Эта группа была разделена на две части: первая часть абверовцев находилась в Одессе, а другая – выехала в г. Николаев, где располагалась в здании на углу ул. Никольской и Большой Морской улиц, а чуть позже был занят пункт на территории порта. Местом дислокации форгпуппы Бирмана в Одессе стала территория в 22 км от города, в районе немецких колоний Страсбург, Баден, Кляйн-Либенталь и Гросс-Либенталь. Немецкие контрразведчики добывали оперативную информацию, проводя допрос пленных красноармейцев и гражданских лиц [22, с. 124].

 

Сигуранца в Одессе организационно делилась на районную и центральную городскую организации (4) [2, с. 193]. В большом здании на ул. Бебеля, 13-15 располагалась тюрьма сигуранцы, где держали арестованных партизан и подпольщиков, а также всех подозрительных лиц. Начальником Центра №3 SSI Одессы являлся майор румынской армии Балотеску, позже его сменил капитан Траян Нештиану, в декабре 1942 г. – марте 1944 г. – подполковник Пержу Константин. Весьма активную помощь румынскими контрразведчиками оказывали белогвардейские политэмигранты, которых на Балканах было немало. Николай Аргир, в прошлом – подпоручик Российской Императорской армии, участник Белого движения, а в румынской армии – капитан. Он, являясь заместителем третьего шефа SSI Центра №3 Одессы, руководил разведывательным отделом. Как отмечает исследователь А. В. Бабич, в его сферу деятельности входили следующие виды агентурной работы:

  • подборка, вербовка и подготовка агентуры;
  • обучение диверсантов и их переброска за линию фронта, либо на случай оставления захваченной территории – в самом городе [2, с. 194].

 

Следует также упомянуть о контрразведывательном отделе SSI Одессы, которым заведовал капитан Димитриади и «Бюро журидик» под командованием капитаны Вадуцы, а также «Бюро саботаж». Как видим, практически все ниши шпионско-диверсионной работы были заняты румынскими разведчиками. Так как продолжались боевые действия на Восточном фронте, Главным Управлением SSI был создан отдел «Агентура Восточного фронта» «Вултуруй» («Орёл») под командованием майора Курэрару. Его заместителем являлся локотинент белоэмигрант Константин Степанович Харитонов. Штаб-квартирой «Орла» было здание на Французском бульваре в Юнкерском переулке [2, с. 194]. Кроме того, в Одессе функционировал филиал 2-го отдела Генерального штаба Королевства Румыния «Делег Стат Мажор», где держали арестованных советских диверсантов, как правило заброшенных НКВД через линию фронта. Контрразведчики также занимались выявлением участников антифашистского Сопротивления на территории Одесской области [2, с. 194]. О том, как работали румынские контрразведчики во время допросов и выбивания признаний узнаем из документов, связанных с деятельностью одесских партизан и подпольщиков.

 

Как видим, сигуранца тщательно и последовательно готовилась к длительному противоборству с советскими органами госбезопасности, установив контроль над всеми оккупированными территориями.

 

ПОДГОТОВКА К РАЗВЕДЫВАТЕЛЬНО-ДИВЕРСИОННОЙ И ПОДПОЛЬНО-

ПАТРИОТИЧЕСКОЙ АНТИФАШИСТСКОЙ БОРЬБЕ В Г. ОДЕССЕ И ОДЕССКОЙ ОБЛАСТИ

 

В августе 1941 г. Одесский обком партии развернул работу по созданию подпольных партийных органов и организации подпольной борьбы в тылу врага. Для борьбы в условиях румынской оккупации Одессы подбирались специальные кадры. При политотделе Приморской армии было создано отделение по работе среди партизанских отрядов и частей Красной Армии, действовавших во вражеском тылу. Это отделение выполняло ряд задач во время обороны города:

  • подбирало кадры для партизанских отрядов;
  • занималось вопросами вооружения и переброски диверсантов через линию фронта;
  • собирало разведданные и передавало их Одесскому обкому партии, областному управлению НКВД и разведке Черноморского флота;
  • создало Одесский подпольный обком КП(б)У [18, с. 352-353]; [21, с. 271]; [1, с. 76-77].

 

Следует сразу отметить, что благодаря созданию подпольного обкома, уже к началу оккупации советские патриоты располагали необходимыми денежными средствами, имели запасы продовольствия и вооружения. 20 августа 1941 г. из частей народного ополчения г. Одессы создается отряд особого назначения. В его состав вошли около 1200 курсантов школы межобластных курсов милиции, сотрудники городских районных отделов милиции и работники милиции, эвакуированные в Одессу из г. Измаила. На эти отряды возлагалась разведывательно-диверсионного работа в тылу врага [4, с. 87].

 

В конце августа 1941 г. командование Отдельной Приморской армии принимает решение о забросе разведывательно-диверсионных отрядов в тыл румынских войск. Изначально проникнуть во вражеский тыл планировалось через передний край обороны, но плотность румынских войск и контрразведывательные действия румынских спецслужб привели к тому, что реализовать задуманное не удалось. Тогда принимается решение отправить диверсантов морским путем. В ночь на 28 августа 1941 г. на борт канонерской лодки «Кубанец» был погружен специально подготовленный отряд добровольцев – «коммандос». Десант был высажен на пляже между селами Коблево и Аджиаска. Однако румынские разведчики обнаружили диверсантов-добровольцев и предупредили румынское командование. Отряд понес значительные  потери  и  потерял  командира  Г. М. Цыбульского  [21, 120];  [1, с. 184].

 

Историк С. А. Вольский подтверждает эти слова: «…потери наших войск в восточном секторе обороны были так велики, что удержать занятые рубежи стало невозможно. В батальонах и полках осталось по 35-40 процентов личного состава, а в полку морской пехоты даже еще меньше» [4, с. 85]. Вице-адмирал И. И. Азаров об этом вспоминал следующее: «Защитникам Одессы в это трудное время оказывали помощь советские патриоты, находившиеся в тылу противника. Уже в первые месяцы войны на оккупированной врагом территории стали создаваться партизанские отряды, которые не давали покоя захватчикам. Многие горожане изъявили желание пополнить ряды народных мстителей. Мы помогали им морем перебираться за линию фронта» [1, с. 137-138].

 

Первоначально действия партизан Одесской области в сентябре 1941 г. имели некоторый успех. Один из партизанских отрядов совершил более 10 нападений на румынские части. Вице-адмирал И. И. Азаров говорит о том, что «партизаны уничтожили более 200 солдат и офицеров, захватив оружие и боеприпасы». Северо-западнее Одессы проводил боевые операции другой отряд. Ими было разрушено 7 мостов, в 16 местах заминирована дорога на Одессу. На этих минах подорвалось 6 вражеских автомашин с пехотинцами, погибло более 100 вражеских солдат и офицеров. Западнее Одессы оперировали другие антифашистские силы, уничтожившие 17 цистерн с горючим и 2 автоколонны с боеприпасами [1, с. 138].

 

О том, каким образом румынские спецслужбы противостояли советским разведчикам, свидетельствует ряд изложенных ниже эпизодов. Так, неудачно закончилась попытка воздушной высадки и легализации советских разведчиков в румынском тылу. В ночь на 8 сентября 1941 г. у с. Грицовки Одесской области были сброшены советские разведчики-диверсанты П. Прокопенко и И. Былан. Как свидетельствуют архивные документы ОГА СБУ по Одесской области, советские разведчики должны были действовать на территории Молдавии, в районе Кишинёва. К 16 сентября 1941 г. советским разведчикам удалось дойти до с. Стоянов, где они были задержаны румынскими солдатами. Причина их задержания оказалась банально простой: у них отсутствовали необходимые документы (вероятно, командование не смогло их таковыми обеспечить и поэтому случился провал). Румынское командование разведчиков доставило в Тирасполь, откуда передало в руки сигуранцы (5). После проведенного следствия дело разведчиков передали в военно-полевой суд. 22 сентября 1941 г. Одесский обком КП(б)У принял постановление об упорядочении катакомб и подвалов, где по замыслу партийного руководства, должны были укрываться от артиллерийских обстрелов жители Одессы. До 27 сентября райкомы партии и исполкомы должны были электрифицировать подземелья, оборудовать их вентиляцией, укрепить своды и расширить проходы [4, с. 70-71].

 

Разведывательно-диверсионные отряды на Одессчине возглавили капитан В. А. Молодцов (Бадаев), секретарь подпольного Пригородного райкома КП(б) С. Ф. Лазарев, члены райкома КП(б) У Л. Ф. Горбель, Н. А. Крылевский, Н. Н. Щерба и др. [3, с. 220-221; 18, с. 254]. В одесских катакомбах создавалась материально-техническая база для обеспечения деятельности подпольных организаций. Это давало возможность существования партизанских отрядов, действовавших в глубоком вражеском тылу. Это была чрезвычайно сложная задача, так как одесские антифашисты боролись ввиду отсутствия лесов [3, с. 221]. Одним из таких эпизодов является организация Пригородным райкомом КП(б)У складов с оружием, боеприпасами и библиотекой [21, с. 220]. Из справки о деятельности Одесского подпольного обкома КП(б) Украины за октябрь 1941 г. – апрель 1943 г. узнаем: «…Подпольному обкому и райкомам были выделены денежные средства в размере 700 рублей (в золотой валюте) и несколько золотых часов. В тайных складах подпольных райкомов было заложено 300 тысяч экземпляров листовок, продовольствие и оружие. …Деятельность подпольщиков в это время направлялась, наряду с антифашистской агитацией, на осуществление диверсионных заданий – всемерное торможение работы предприятий, особенно тех, которые выпускают военную продукцию; срыв погрузочно-разгрузочных работ на транспорте и срыв ремонта судов, паровозов и вагонов; вывода из строя оборудования; порчу продукции; на воспрепятствование вывозке хлеба, скота и других продуктов сельского хозяйства» [17, с. 211, 212-213].

 

Для подпольной работы в румынском тылу были отобраны 118 коммунистов, которые составили 29 первичных организаций – «троек». Последние были объединены райкомами Одессы: Ленинским, Воднотранспортным, Ильичевским, Ворошиловским, Приморским и Пригородным [11, с. 132]. В разных районах Одессы в срочном порядке готовятся конспиративные квартиры. Главным местом сосредоточения антифашистской борьбы одесских патриотов становятся местные катакомбы. Послевоенная проверка сотрудниками госбезопасности деятельности: разведывательно-диверсионных подразделений, групп и подпольных организаций, ведущих партизанские действия против румынских оккупантов, выявила 6 партизанских отрядов, 6 подпольно-патриотических организаций и 12 антифашистских подпольных групп с общим количеством участников в 1408 человек (6). Вплоть до января 1944 г. партизанские отряды, разведывательно-диверсионные подразделения, группы и подпольные организации проводили самостоятельно боевые операции и общего руководства не имели (7). Как гласят документы ГДА СБУ, по линии резидентуры НКВД, для осуществления разведывательной и диверсионной работы в тылу врага, были оставлены две резидентуры: первая под руководством сотрудника НКВД СССР В. Молодцова (Бадаева), а вторая под руководством сотрудников УНКВД Кузнецова и «партизанский» отряд (8) Дворецкого (9). 

 

14 октября 1941 г. семь членов Пригородного подпольного райкома КП(б)У во главе с первым секретарем С. Ф. Лазаревым, первым секретарем Овидиопольского подпольного районного комитета партии И. Г. Илюхиным  и  тремя членами этого райкома ушли в катакомбы  в  районе с. Усатово. В Нерубайских катакомбах разместился диверсионно-разведывательный отряд, которой возглавил прибывший из Москвы капитан госбезопасности В. А. Молодцов (10). Последний в своем расположении имел 60 винтовок, 7 пулеметов, около тонны тола, 200 гранат, 40 тыс. патронов, радиостанцию, полугодовой запас продовольствия и горючего [21, с. 271-272]. О том, каким образом происходил процесс размещения в катакомбах отряда Молодцова (Бадаева) подробно рассказал в своей книге генерал-полковник инженерных войск А. Ф. Хренов: «Мы (11) тут же двинулись в путь, к старому селу, раскинувшемуся в степи, в двенадцати километрах от города. По преданию, здесь когда-то селились старики запорожцы, которым тяжела стала сабля и не пол силу было рубать врагом. Отсюда и название – Нерубайское. – Предстоит нам встреча с одним человеком, – сказал Иван Ефимович, едва мы отъехали от КП. – Фамилия его Бадаев. Она вам что-нибудь говорит? Достаточно много. Он знакомил меня с катакомбами. Ну и прекрасно. Обсудим с ним ряд вопросов» [28, с. 145].

 

Первая встреча А. Ф. Хренова с Молодцовым (Бадаевым) произошла в августе 1941 г. – ему позарез нужен был человек, который свободно ориентировался в одесских катакомбах. То, что последний является капитаном госбезопасности, и уполномоченным вести спецоперации против румынских войск, Хренов, естественно не мог знать. Молодцов (Бадаев) привел на встречу с Хреновым двух бывших одесситов, являющихся проводниками по подземному городу. Вчетвером были обследованы катакомбы и, как отмечает Хренов, им был составлен «их подробный план» [28, с. 146]. Далее А. Ф. Хренов упоминает о том, что на той встрече Бадаеву был передан код для взрыва и были согласованы сеансы передачи радиосвязи. Основные задачи разведывательно-диверсионного отряда состояли В. А. Молодцова (Бадаева) состояли в следующем:

  • оказывать помощь войскам Одесского оборонительного района (ООР) в обеспечении эвакуации;
  • создать опорную базу в Савранских лесах для разведывательно-диверсионного отряда;
  • опираясь на опорный пункт вести всевозможные боевые действия против оккупантов.

 

По сути, отряд Бадаева, представлял собой подразделение городских «герильяс», опираясь на опорные пункты в каменоломнях и в Савранском лесу, он вел боевые действия непосредственно в городе. 

 

Прочие разведывательно-диверсионные группы возглавляли А. Ф. Солдатенко (катакомбы Ильичевского района Одессы), Е. И. Ворошилов, В. Ф. Душечкин (катакомбы поселка Кривая Балка), В. А. Калошин, В. А. Кузнецов (катакомбы под улицей имени Фрунзе) [11, с. 133].

 

Приведенные нами сведения свыше говорят о том, что советские органы госбезопасности использовали природно-географические условия Одессы и Одесской области для развертывания полномасштабной антифашистской борьбы в тылу врага.

 

Из-за угрозы оккупации Одессы, подпольный обком преступил к уничтожению оборудования, заводских станков, а также к минированию ряда объектов. Всего в городе было установлено свыше 100 мин замедленного действия. Одной из целей будущего взрыва был дом на улице Маразлиевской, где находилось управление НКВД. Минированием этого здания занимался капитан 82-го инженерного батальона Е. М. Пирус. В составе батальона имелся радиотехнический взвод, имеющий оборудование, с помощью которого взрывы совершались на расстоянии [21, с. 272]; [25, с. 73-74]; [26, с. 89-90]. Непосредственно сам взрыв осуществлял взвод  лейтенанта  Лёха  из  состава  82-го  саперного  батальона  [28, с. 212]. А вице-адмирал И. И. Азаров упоминает о том, что после 10 октября 1941 г. в Одессе остался военный инженер, полковник Г. П. Кедринский. Именно на него, как указывает вице-адмирал И. И. Азаров в своих воспоминаниях, «после ухода в Севастополь генерала Хренова была возложена подготовка к подрыву всех намеченных к уничтожению объектов» [1, с. 227]. Со своей командой он сумел успешно и скрытно завершить установку мин замедленного действия. Эта установка, управляемая по радио, безотказно сработала через 10 суток. Кроме того, полковник Г. П. Кедринский был ответственен за организацию в последние часы эвакуации Одессы взрыва на городской электростанции [1, с. 253].

 

После оставления Одессы советскими войсками В. А. Молодцову (Бадаеву) передали код для радиосвязи. Утром 22 октября 1941 г. тот получил радиограмму с кодовой шифровкой «Концерт на Маразлиевской начнется 22-го в 17.30». Об этом, в частности, свидетельствует в своих воспоминаниях генерал-полковник инженерных войск, А. Ф. Хренов: « – В ваш адрес, Аркадий Федорович, радио от Бадаева. …К пяти часам вечера я уже был в расположении 82-го инженерного батальона и приказал майору Е. М. Пирусу изготовить к действию специальную станцию радиотехнического взвода. Около шести часов (нельзя было ни торопиться, ни опоздать) мы вошли в автофургон, где размещался ТОС. Сержанту, сидевшему за аппаратурой (фамилии его, к сожалению, не помню), приказали установить дублирующий прибор, точно настроенный на заданную волну. Потом я скомандовал: – Сигнал! В эфир вырвалась команда, которую ожидало одно-единственное приемное устройство. В Одессу понеслись позывные мести... Очевидцы рассказывали, что эффект от взрыва был подобен небольшому землетрясению» [28, с. 152].

 

Как видно, из приведенных выше материалов, взрыв был осуществлен по радиосигналу из Крыма. В результате спецоперации, как уточняют историки О. Трашка и А. Бабич, пострадало 135 румынских солдат  и  офицеров,  в  том  числе  генерал  Йон  Глугояну (12) [2, с. 241; 43]; [23, с. 93], а не более 100, как утверждали советские научные издания [21, с. 273].

 

Реакцией на взрыв комендатуры (а кроме того и штаб 10-й пехотной дивизии) на улице Энгельса (Маразлиевской) было то, что румынской оккупационной администрации были развязаны руки: была проведена кампания систематизированного террора, направленного не только против советских активистов, но и евреев города. До 1 января 1942 г. большая часть одесских евреев была депортирована из Одессы румынскими властями и расстреляна.

 

Первой мерой, направленной на ликвидацию партизанско-подпольного Сопротивления в Одессе было издание бригадным генералом Петре Думитреску «Приказа №6», в котором говорилось об интересах, «гарантирующих безопасность армии, защиту родины и общественного порядка на территории Транснистрии». Ниже приводятся выдержки из этого приказа, опубликованные в прорумынской «Одесской газете» (13). Этот документ дал румынским контрразведчиками фактически неограниченные возможности в борьбе с движением Сопротивления.

 

«II. Правонарушения против войск и представителей оккупационных властей. 

Ст. 8. Запрещается прямое посягательство на жизнь и здоровье представителей оккупационных войск и сопровождающего персонала, а также на представителей властей Румынского и Союзных государств. Воспрещается также вооруженное посягательство на средства по снабжению питанием, снарядами и всякого рода материалами, принадлежащими оккупационной армии, правительственных и союзных учреждений.

Ст. 11. Запрещаются всякого рода саботаж, забастовки и пассивное сопротивление.

Ст. 12. Запрещаются всякого рода восстания.

 

III. Шпионаж.

Ст. 13. Запрещаются хранение средств связи для передачи или для приема, как-то: радиоприемники, телефоны, телеграфы, почтовые голуби и т. д. Также запрещается хранение фотографических аппаратов и необходимых к нему материалов.

Ст. 14. Запрещается хранение обнаруженных и найденных гражданскими лицами схем, планов, набросков, рисунков, а также фильмование или фотографирование построек, убежищ, конвоев, военных колоний, поездов, железнодорожных станций, аэродромов и всяких мест или средств военного транспорта, получение информации, разведывание железных дорог и других средств сообщения…

Ст. 16. Воспрещается содействие побегу, оказание помощи, укрывательство и расквартирование шпионов, парашютистов, агентов террористов (14), сторонников врага, а также пленных.

Ст. 17. Запрещается пользоваться чужим именем с целью подпольной работы, направленной против безопасности армии…

 

IV. Ношение оружия.

Ст. 18. Запрещается ношение и хранение всякого рода оружия как действующего, так и испорченного, хранение взрывчатых веществ и боевых запасов.

… Ст. 23. Всякий, кто будет нападать с оружием в руках на войска или местное население, будет расстрелян на месте» (15).

 

Автором настоящего исследования были обнаружены документы в Государственном архиве Одесской области, которые свидетельствуют об умелой работе румынских спецслужб, направленной на выявление и постепенную ликвидацию отряда В. А. Молодцова (Бадаева). О том, каким образом румынские спецслужбы вышли на след разведывательно-диверсионной группы В.А. Молодцова (Бадаева) официальная советская историография выдвинула несколько версий.

 

Согласно одной из версий, которую выдвинули писатели В. Голанд и В. Желтов, первым тревожным сигналом, относительно того, как румынские контрразведчики напали на след советских патриотов, явился тот факт, что капитан румынской сигуранцы (SSI; ССИ) Николау Аргир (16) [6, с. 80] завербовал сторожа палеонтологического музея, репрессированного до войны советской властью за спекуляцию. Он рассказал Аргиру, во-первых, о встрече Бадаева с руководством одесского партактива в музее в последние дни эвакуации. А во-вторых, Аргир получил от новоявленного агента «Горбуна» (под такой кличкой выводят авторы книги агента из-за врожденного физического недуга) папку с картами Дальницких катакомб. Наконец, в-третьих, сторож музея дал Аргиру наводку на санаторий имени Дзержинского, где бадаевцы формировали разведывательно-диверсионный отряд [6, с. 52]. 

 

Писатель Г. М. Корольков отмечает, что для подпольщиков наступили темные времена, когда из Бухареста прибыли по заданию румынского генерального штаба агенты сигуранцы (SSI; ССИ), управления разведки Восточного фронта – полковник Георгия Ионеску, Ион Курерару и капитан Николау Аргир [12, с. 52]. В прошлом все указанные лица были сотрудниками белогвардейской контрразведки. Георгиу Ионеску – Георгий Андреевич Иванов, Ион Курерару – Иван Степанович Кунин (17) и уже известный нам Николау (Николай) Аргир [12, с. 55]. Они завербовали некого Фрибта, по версии Г. Королькова, однако советские подпольщики его ликвидировали [12, с. 59-61].

 

Антон Брониславович Федорович, он же Петр Иванович Бойко, решил легализоваться во время оккупации Одессы румынской армией [6, с. 100-101]. Накануне начала войны он работал директором областной конторы Украинского культорга в г. Измаиле [12, с. 63]. Так как он заведовал продовольственным магазином областного управления НКВД по Одесской области, партактив рекомендовал его на подпольную работу [12, с. 65]. Став хозяином слесарной мастерской, он взял на работу Якова и Алексея Гордиенко, помощников В. А. Молодцова, в качестве прикрытия на работу. Свою супругу, «Жеку», он устроил на работу в качестве буфетчицы в ресторан «Ша Нуар», для добычи сведений из уст румынских офицеров, любивших посещать такие богемные места [6, с. 101]. Петра Ивановича Бойко на допрос в гестапо вызвал румынский офицер. Там состоялась его вербовка как агента. Следователь потребовал от него биографические данные разведчиков, родственные и политические связи, должностные обязанности членов отряда В. А. Молодцова (Бадаева) [6, с. 102]. 

 

П. И. Бойко выдал фамилии, имена разведчиков и подпольщиков, адреса явочных квартир, количество и состояние людей в катакомбах, наличие боеприпасов, оружия, запасы продовольствия и пытался добыть шифр радиосвязи с Москвой [6, с. 138-139, 190]. У входа в катакомбы румынские контрразведчики использовали пеленгаторы, с целью засечь сигнал бадаевцев. Хоть им это не удалось, он все же вынудили Бадаева перенести рацию в более безопасное место [6, с. 115]. В самих каменоломнях у Бадаева случился конфликт с Петром Мурзовским, его заместителем [6, с. 119]. Он злоупотреблял алкоголем, нарушал не раз дисциплину в отряде, из-за него прервалась связь с Москвой и погиб радист. Очутившись в условиях катакомб, последний пытался дезертировать, но был схвачен [6, с. 125]. Кроме того, румынские войска установили круглосуточную блокаду катакомб, заваливали колодцы, служившие для антифашистов входом, пускали в катакомбы ядовитые газы, бетонировали входы и выходы [3, с. 221].

 

Согласно другой версии, которую выдвинул писатели Г. М. Корольков и М. С. Канюка в 1968 и 1979 гг. [12]; [10], сигуранцей был завербован некто Садовой (у Королькова Фрибта). Он указал на одну из конспиративных квартир, официальное назначение которой было ремонт примусов и керосинок, хозяином которой, был связанный со спецгруппой В. А. Молодцова (Бадаева) Петр Иванович Бойко (18), старший лейтенант Красной Армии [10, с. 48, 51]. Возвращаясь в свою мастерскую, он был задержан агентом сигуранцы и был допрошен следователем по особо важным делам Ионом Курерару [10, с. 52; 63]; [12, с. 67-69]. На допросе Бойко избили и сломали, принудив стать осведомителем разведки. А так как знал он очень много, то в скором времени начал не только выдавать списки советских разведчиков, но и помогать устранять последних лично. Бойко (Федорович) приказал подпольщику Г. Любарскому ликвидировать связного В. Молодцова (Бадаева) Николая Горового [12, с. 72-73] в январе 1942 года. Последний видел, как командира отряда Бойко вели в сигуранцы на допрос и тот вернулся назад. Бойко поспешил убрать ненужного свидетеля.

 

В архивном деле имеется подтверждение данной версии, в частности там говорится о том, что в партизанский отряд командира Бадаева был внедрен румынский агент Бойко (19). На одной из явочных квартир арестовали Бадаева и Якова Гордиенко. Причем при аресте дом партизан был окружен плотным кольцом оцепления, и тут же были выставлены пулеметы. 

 

Гордиенко посадили в общую камеру вместе с Бадаевым. Согласно архивному источнику, их водили по несколько раз на допрос и пытки. Причем румынские контрразведчики пытали его по несколько часов. Один из способов пытки, применявшейся сигуранцой, назывался «самолет». Румыны снимали у арестованного с ног ботинки, связывали ноги, потом стягивали руки вокруг согнутых в коленях ног и между ними пропускали водопроводную трубу. Концы трубы агенты сигуранцы устанавливали в специальных гнездах на двух высоких табуретах. При этом тело допрашиваемого сгибалось и начинало покачиваться между спинками пыточных станков, причем как правило голова начинала касаться пола. Испытуемого били как правило резиновыми палками по ягодицам и подошвам ног, при этом, зачастую люди теряли сознание (20).

 

В камере Гордиенко узнал, что Бадаева пытали на электрическом стуле, однако добиться от него признаний румынам не удалось. Из тюрьмы Гордиенко удалось передать на свободу письма. Из одного из писем мы узнаем, как работала система допросов в румынских тюрьмах: Гордиенко водили на допрос три раза, и били на протяжении 4-5 часов. Во время одного из избиений он три раза терял память, и один раз сознание. Для битья туловища использовали резину, опутанную тонкой проволокой, грабовой палкой длиной в полтора метра, а для нанесения побоев по жилам – резиновую палочку. От таких избиений у Гордиенко остались шрамы на ногах и повыше. Он на время потерял слух (21).

 

Сбежать из тюрьмы, где содержали Я. Гордиенко не было возможности: их задумке помешало попытка бегства уголовных заключенных тюрьмы. Однако румыны предупредили их бегство и задержали уголовников (по всей видимости у них были информаторы внутри тюремного контингента, которые сообщали о планах узников, их перемещении и других важных моментах). Якова Гордиенко, одесского патриота-партизана приговорили к расстрелу и вывезли из тюрьмы на Стрельбичное поле, где расстреляли в 1942 году (22).

 

Сам же В. А. Молодцов (Бадаев) был арестован вместе с частью товарищей в ночь на 9 февраля 1942 г. на конспиративной квартире Бойко. 11 февраля 1942 г. сигуранца схватила его связных-подпольщиков, действующих в городе (23); [2, с. 252]. 12 июля 1942 г. В. А. Молодцов (Бадаев) был расстрелян румынскими оккупантами. С помощью бывших членов его отряда, вставших на путь предательства, румыны в июне – начале июля 1942 г. периодически прочесывали Одесские катакомбы и обнаружили место дислокации отряда, тайники с оружием и взрывчаткой, а также сейф с секретными документами [2, с. 254]. Судьба отряда В. А. Молодцова (Бадаева) была весьма трагичной: из 73 участников двух разведывательно-диверсионных отрядов, действовавших под началом Молодцова (Бадаева) 41 человек был арестован сигуранцой и расстрелян, 2 покончили собой в тюрьме, не выдержав пыток, двое погибли в бою, остальные, подвергнутые страшным истязательствам, лишь чудом удалось выжить (среди них были и те, кто,  не  сдержавшись  от  страшной  боли,  перешли  на  сторону  врага) [11, с. 141-142]; [13]; [18, с. 355-356]; [19, с. 354-355]; [20, с. 244-243]; [24, с. 333-334].

 

Таким образом, в операции по ликвидации отряда советских разведчиков-диверсантов и одесских подпольщиков, румынские контрразведчики добились следующего:

  • выявления, вербовки и создания сети осведомителей и информаторов, которые помогали предугадывать действия антифашистских сил;
  • добыли карту Одесских каменоломен, заблокировали их входы и выходы;
  • установили круглосуточное наблюдение за конспиративной квартирой В. А. Молодцова (Бадаева).

 

В ноябре 1941 г. в с. Александровка Овидиопольского района член ВКП(б) В. И. Сергиенко организовал небольшую подпольную группу. Организация быстро росла и привлекала в свои ряды все новых и новых членов: к концу декабря 1941 г. их численность уже превышала 40 человек. Подпольщики сосредоточили свои усилия на трех традиционных для тайных организаций направлениях: агитационно-пропагандистской работе, заготовке оружия и подготовке восстания против румынских захватчиков. Однако уже в октябре 1942 г. сигуранце удалось арестовать руководителя организации В. И. Сергиенко и тем самым свести на нет активность подпольщиков: новому главе организации Г. С. Николенко так и не удалось вывести их работу на прежний уровень. Пройдет еще ровно год, и румынские контрразведчики нападут на след членов группы Николенко. Все члены организации были арестованы и как боевая единица подпольная группа Николенко перестала существовать (24). В тюрьме участников подпольной группы подвергали жесточайшим пыткам и допросам, в результате чего часть подпольщиков перед приходом Красной Армии была расстреляна, а другая угнана румынами в район Гросулова и их дальнейшая судьба неизвестна. Сергиенко удалось сбежать из румынской тюрьмы, присоединиться к партизанскому отряду имени Сталина, действовавшему в районе Одессы. В дальнейшем он был заброшен в Карпаты, на помощь словацким повстанцам и в боях с немцами погиб (25).

 

СПОСОБЫ И РЕЗУЛЬТАТЫ БОРЬБЫ СИГУРАНЦЫ

С СОВЕТСКИМ АНТИФАШИСТСКИМ СОПРОТИВЛЕНИЕМ

 

Итогом деятельности румынской разведслужбы к 1942 г. явилось cокращение активности советских сил антифашистского Сопротивления. Еще накануне захвата г. Одессы в октябре 1941 г. румынское командование обладало сведениями о том, что в катакомбах может быть организовано партизанское движение.

 

В качестве примера можно также привести сведения о деятельности так называемых лжепартизанских и лжеподпольных групп, в реальности выполнявших задания румынской разведки. Так, при проведении проверки Управлением МГБ по Одесской области было установлено, что в период румынской оккупации Одессы не существовало подпольной антифашистской организации С. В. Тимошкова, уроженца г. Могилева, бывшего военнопленного (попал в немецкий плен в районе Днепропетровска в конце лета 1941 г.). Тимошков и его соратники Файн, Виншель, Зайцев, Сукач и Асмолов были завербованы сигуранцей. Следует отметить, что выполняли они свою работу достаточно продуктивно: Тимошков с соратниками, являясь якобы руководителем подпольного горкома партии, поддерживал связь с подпольными организациями г. Одессы, выявляя таким образом советских патриотов и выдавая их сигуранце, которая их немедленно расстреливала. Использовав группу Тимошкова в своих целях, румынские разведчики арестовали и расстреляли Файна. Виншель, Зайцев, Сукач и Асмолов после освобождения Одессы были арестованы и осуждены к различным срокам наказания.

 

Судьба Тимошкова достаточно интересная: ему удалось избежать наказания как со стороны румынской разведки, так и советской: когда УМГБ Одессы арестовало нескольких главарей лжепартизанских групп, Тимошков использовал это обстоятельство в своих целях. Чтобы реабилитировать себя и скрыть результаты своей деятельности, он стал уговаривать руководителей других подпольных групп предоставить ему отчет об их деятельности. Получив необходимые документы, он составил обобщающий отчет, где выставил себя активным участником антифашистской борьбы, включив в эти данные также сведения о лицах, которые никоим образом не были причастны к партизанско-подпольному движению на территории Одесской области. Подделанный отчет Тимошков предоставил в Одесский обком КП(б)У. Однако улизнув от партийной проверки, Тимошков попал в поле зрения 5 отдела УМГБ по Одесской области и разрабатывался по версии его причастности к вражеской контрразведке (26).

 

Что же касается отношений Тимошкова как агента сигуранцы, то можно заключить, что к моменту освобождения Одессы румынская контрразведка практически прекратила свою работу в пределах города и области, оставив его только в качестве своего осведомителя. Когда Тимошков обратился в советские органы госбезопасности, можно предположить, что он стал двойным агентом. Дальнейшая его судьба неизвестна.

 

Несмотря на значительные потери среди советских разведчиков, диверсантов и подпольщиков Одессы и Одесской области, патриоты продолжали борьбу с захватчиками. Румынам так и не удалось окончательно уничтожить антифашистское Сопротивление, в частности полностью перекрыть каналы связи с Москвой. Планомерная политика освобождения захваченных территорий не дала возможность в полной мере развернуть репрессивную машину сигуранцы.

 

ЗАКЛЮЧЕНИЕ

 

Подводя итоги деятельности румынских спецслужб в деле борьбы против антифашистского Сопротивления в Одессе и Одесской области можно констатировать следующее.

 

Румынской разведкой была установлена тщательная и весьма продуманная система слежки и контроль за передвижением населения. Эта система включала в себя изъятие у населения, в частности, теле- фото- и радиоаппаратуры, позволявшей добывать информацию извне, копировать и передавать советским органам госбезопасности разведданные.

 

Сигуранца смогла внедрить в окружение советских разведчиков их бывших коллег, по разным причинам ставших на путь сотрудничества с врагом (в частности, в результате запугивания, личной выгоды, в элементарном стремлении выжить, спасти своих близких, личной неприязни к своим бывшим сослуживцам, враждебном отношении к советскому строю, и т. д.).

 

Румынские контрразведчики использовали завербованных советских граждан не только в качестве информаторов, но и как «радио-кротов», посылавших искаженные разведанные в Москву с целью дезинформации, а также для обнаружения складов с оружием и боеприпасами, снаряжением. В этой радио-борьбе румынские разведчики не добились существенного результата, но снизили активность советских патриотов вплоть до конца 1943 года.

 

В разведывательной работе румынские спецслужбы опирались не только на бывших советских активистов, партийных функционеров, но и весьма активно использовали российских белогвардейцев и украинских националистов, организации которых были широко представлены в Одессе. Используя межнациональные, политические и идеологические разногласия между этими группировками, сотрудники сигуранцы не только добывали разведанные об СССР, но и о состоянии дел в нацистской Германии, Венгрии, Словакии и других странах «Оси».

 

Следует отметить, что несмотря на значительные потери среди советских разведчиков, диверсантов и подпольщиков Одессы и Одесской области, патриоты продолжали борьбу с захватчиками. Румынам так и не удалось окончательно уничтожить антифашистское Сопротивление, в частности полностью перекрыть каналы связи с Москвой. Планомерная политика освобождения захваченных территорий не дала возможность в полной мере развернуть репрессивную машину сигуранцы.

 

После освобождения Одессы и дальнейшего хода Великой Отечественной войны румынские разведывательные структуры полностью не были ликвидированы коммунистическими властями страны. Безусловно, какая-то часть разведчиков бежала на Запад и предложила свои услуги англосаксконскому блоку, но значительная часть осталась в Румынии и была реорганизована в секуриате.

Примечания

  1. Государственный архив Одесской области (далее ГАОО). Ф. Р-4420. Оп. 1. Д. 3. Л. 21. 
  2. Там же.
  3. ГАОО. Ф. Р-4420. Оп. 1. Д. 3. Л. 61.
  4. Здание на ул. Пушкинской, 27.
  5. Отраслевой государственный архив Службы безопасности Украины по Одесской области (далее ОГА СБУ по ОО). Ф. 62. Оп. 3. Д. 43. Л. 17.
  6. ОГА СБУ по ОО. Ф. 62. Оп. 3. Д. 37. Л. 241
  7. Там же. Л. 242.
  8. Отряд скорее всего являлся разведывательно-диверсионным.
  9. ОГА СБУ по ОО. Ф. 62. Оп. 3. Д. 37. Л. 241
  10. Оперативный псевдоним – Павел Александрович Бадаев (по фамилии жены).
  11. Также имеется в виду генерал-майор Иван Ефимович Петров, командующий Приморской армией.
  12. Иначе Глогожану.
  13. Одесская газета. 1941. 24 декабря. № 20. С. 4.
  14. В статье 16 имеются в виду советские разведчики-диверсанты, действовавшие в тылу врага. «Террористами» румыны именовали всех своих антагонистов.
  15. Одесская газета. 1941. 24 декабря. № 20. С. 4.
  16. Капитан румынской сигуранцы (SSI; ССИ) Николау Аргир – также был известен как Николай Васильевич Кочубей, Николай Васильевич Галушко, Николай Васильевич Колесниченко и Николай Петрович Глушко, фигурировал в донесениях советских патриотов под кличкой «Фукс». Н. Аргир коренной одессит, который бежал после разгрома белых в 1920 г. в Турцию, откуда перебрался в Кишинев и поступил на службу в SSІ.
  17. Также имеются версии Степанов, Васильев.
  18. Он же Антон Брониславович Федорович.
  19. Этот человек нам уже знаком под именем Антона Брониславовича Федоровича.
  20. ГАОО. Ф. П-92. Оп. 1. Д. 225. Л. 2.
  21. Там же. Л. 3.
  22. Там же. Л. 4.
  23. ГАОО. Ф. П-92. Оп. 1. Д. 3. Л. 100-103.
  24. Там же. Л. 1.
  25. Там же. 
  26. ОГА СБУ по ОО. Ф. 62. Оп. 3. Д. 37. Л. 245.

Список литературы

  1. Азаров И. И. Осаждённая Одесса: о героической обороне Одессы в 1941 г. Одесса: Маяк, 1975. Изд. 3-е, доп. и перераб. – 260 с. 
  2. Бабич А. В. Одесса 1941–1944. Пережить оккупацию. Одесса: Черноморье, 2020. – 592 с.
  3. Бычков Л. Н. Партизанское движение в годы Великой Отечественной войны 1941–1945 (краткий очерк). М.: Мысль, 1965. – 454 с.
  4. Вольский С. А. Величний подвиг. Київ: Політиздат України, 1967. – 232 с.
  5. Вольский С. А. В одесских катакомбах // Герои подполья. О подпольной работе советских патриотов в тылу немецко-фашистских захватчиков в годы Великой Отечественной войны. М.: Политиздат, 1970. Вып. 1. 3-е изд., испр. и доп. С. 292-331.
  6. Голанд В. Я., Желтов В. И. Владимир Молодцов. Докум. повесть. М.: Молодая гвардия, 1974. – 192 с.
  7. История Великой Отечественной войны Советского Союза 1941–1945 (в 6 т.) / под ред. П. Н. Поспелова. М.: Воениздат, 1961. Т. 2. 684 с.
  8. История Румынии нового и новейшего времени / отв. ред. В. Н. Виноградов. М.: Наука, 1964. – 408 с.
  9. История Румынии, 1918–1970 / отв. ред. Н.И. Лебедев, А.А. Язькова. М.: Наука, 1971. – 742 с. 
  10. Канюка М. С. Мужество: (О Герое Советского Союза В. А. Молодцове). М.: Политиздат, 1979. – 79 с.
  11. Карев Г. А. Одесса – город-герой. М.: Воениздат, 1978. – 176 с.
  12. Корольков Г. М. В катакомбах Одессы. Докум. повесть. М.: Молодая гвардия, 1968. – 176 с.
  13. Костин Н. Герои огненных лет: очерки о москвичах – Героях Сов. Союза / [Ин-т истории СССР АН СССР и др.; редкол.: А. М. Синицын (отв. ред.) и др.]. М.: Моск. рабочий, 1975. – Кн. 5. – 1982. – 671 с. 
  14. Лебедев Н. И., Карпещенко Е. Д. История Румынской Народной Республики: (Краткий очерк). М.: Изд-во «Междунар. отношения», 1964. – 239 с.
  15. Лебедев Н. И. Падение диктатуры Антонеску. М.: Изд-во «Междунар. отношения», 1966. – 479 с. 
  16. Лебедев Н. И.  Крах фашизма в Румынии. М.: Наука, 1976. – 632 с.
  17. Одесская область в Великой Отечественной войне 1941–1945 гг. Документы и материалы / сост. Н. И. Зотов, И. В. Гречуха, Е. И. Цымбал. Одесса: Маяк, 1970. – 388 с.
  18. Очерки истории Одесской областной партийной организации / отв. ред. Г. Д. Максименко. – Одесса: Маяк, 1981. – 539 с.
  19. Перов А. Подвиг чекиста // Люди легенд / сост. В. Павлов, Н. Полтораков, И. Селищев. М.: Политиздат, 1966. Вып. 2. С. 340-356.
  20. Подвигом прославленные: Герои Советского Союза – партизаны и подпольщики Украины  в  годы  Великой  Отечественной  войны  /  отв. ред. В. Н. Немятый, Д. Ф. Григорович, П. И. Денисенко, В. А. Замлинский; [пер. с укр. Л. П. Жаровой]. Киев: Политиздат Украины, 1985. – 382 с.
  21. 73 героических дня: Хроника обороны Одессы в 1941 году / под ред. С. А. Вольского. Одесса: Маяк, 1988. 3-е изд., перераб. и доп. – 320 с.
  22. Структура и деятельность органов германской разведки в годы Второй мировой войны: [Сб. док] / сост.: А. В. Валякин, А. А. Кохан. Симферополь: Главное управление СБУ в АР Крым, 2011. – 656 с.
  23. Трашка О. Оккупация Одессы румынской армией и уничтожение еврейского населения, октябрь 1941 – март 1942 года // Журнал российских и восточноевропейских исторических исследований. 2010. № 3. С. 86-123.
  24. Украинская СССР в Великой Отечественной войне Советского Союза 1941–1945 гг.: В 3-х т / отв. ред. П. Т. Тронько, П. М. Кострыба, И. Д. Назаренко, П. М. Шморгун. – Киев: Политиздат Украины, 1975. Т. 1. – 544 с.
  25. Фадеев А. В. Подвиг Одессы. М.: Политиздат, 1960. – 79 с.
  26. Фадеев А. В. Подвиг Одессы. М.: Политиздат, 1963. – 3-е изд., перераб. и доп. – 96 с.
  27. Филипенко А. Pумунські спецслужби у ХХ столітті: від Сігуранци до Секурітате. – Частина 2
  28. Хренов А. Ф. Мосты к победе. М.: Воениздат, 1982. – 349 с.
  29. Weinberg G. L. Germany, Hitler, and World War II: Essays in Modern German and World History. Cambridge: Cambridge University Press, 1996. – 347 р.
  30. White G. W. Nationalism and Territory. Constructing Group Identity in Southeastern Europe. Lanham: Rowman & Littlefield, 2000. – 309 р.

Информация об авторе

Иванов Вячеслав Александрович, кандидат исторических наук, научный сотрудник ГБУ Республики Крым «Центральный музей Тавриды», отдел «Мемориал жертвам фашистской оккупации Крыма 1941–1944 гг. Концлагерь «Красный», с. Мирное, Симферопольский район, Республика Крым, Российская Федерация.

Автор-корреспондент

Иванов Вячеслав Александрович, e-mail: slavik1855@gmail.com

SPECIAL SERVICES: HISTORY AND MODERNITY

Original Paper

Activities of Romanian special services on the territory of Odessa region during the Great Patriotic War

Vyacheslav A. Ivanov *

State Budget Institution of the Republic of Crimea «Central Museum of Tavrida»,

Simferopol – village Mirnoe, Simferopol region, Republic of Crimea, Russian Federation,

ORCID: https://orcid.org/0000-0003-0994-3817, e-mail: slavik1855@gmail.com

Abstract:

In Russian historiography, little is known about the confrontation between the Soviet and Romanian intelligence services during the Great Patriotic War. Many books and dissertations have been published about the secret operations against Nazi Germany performed by the special services of the countries of the anti-Hitler coalition, but amount of information about the allies of the Third Reich is barely comparable. The Kingdom of Romania, together with Germany, participated in the armed aggression against the Soviet Union. There were two intelligence structures of Romania involved into the fight with partisans and underground fighters in the occupied territory: the secret security police of the Kingdom of Romania – Sigurans (from Romanian siguranţă – security) and the Special Intelligence Service (Serviciul Special de Informații, SSI). Geographically, their activities covered Bukovina, Bessarabia, Transnistria (Vinnitsa, Odessa, Nikolaev regions of the Ukrainian SSR and the left-bank part of the Moldavian SSR), as well as the Crimea, Kuban and the North Caucasus. The article analyzes the work methods of the Romanian special services based on unpublished documents (Funds of the State Archive of the Odessa Region, Branch State Archive of the Security Service of Ukraine for the Odessa Region). It is necessary to highlight the following aspects of their activities: shadowing, surveillance, conspiracy, recruitment, infiltration, isolation, the creation of pseudo-partisan and pseudo-underground anti-fascist groups. Their work`s purpose was to eliminate the anti-fascist resistance in the occupied Odessa region. An analysis of the problem, outlined in the publication, allows us to say that during the Great Patriotic War the anti-fascist resistance forces clashed with the trained intelligence structures of Romania. The defeat of the Romanian intelligence clearly demonstrates the strength of the partisan underground and shows the incredible efforts that were required from the Soviet patriots to achieve this victory.

 

Keywords: 

 Great Patriotic War, Siguranza, Abwehr, Gestapo, SD, counterintelligence activities, NKVD, NKGB, partisans, underground movement, reconnaissance and sabotage group

References

  1. Azarov I. I., 1975, Osazhdjonnaja Odessa: o geroicheskoj oborone Odessy v 1941 g. [Besieged Odessa: about the heroic defense of Odessa in 1941]. Odessa: Mayak, 1975. – ed. 3rd, add. and reworked. – 260 p. (In Russ.)
  2. Babich A. V., 2020, Odessa 1941–1944. Perezhit' okkupaciju [Odessa 1941–1944. To survive the occupation]. Odessa: Black Sea, 2020. – 592 p. (In Russ.)
  3. Bychkov L. N., 1965, Partizanskoe dvizhenie v gody Velikoj Otechestvennoj vojny 1941–1945 (kratkij ocherk) [Partisan movement during the Great Patriotic War 1941–1945 (brief essay)].  Moscow: Thought, 1965. – 454 p. (In Russ.)
  4. Volsky S. A., 1967, Velichnij podvig [Great feat]. Kiev: Politizdat of Ukraine, 1967. – 232 p. (In Ukrainian).
  5. Volsky S. A., 1970, V Odesskih katakombah. – In: Geroi podpol'ja. O podpol'noj rabote sovetskih patriotov v tylu nemecko-fashistskih zahvatchikov v gody Velikoj Otechestvennoj vojny [V Odesskih katakombah // Heroes of the underground. About the underground work of Soviet patriots in the rear of the Nazi invaders during the Great Patriotic War]. Moscow: Politizdat, 1970. – Issue. 1. – 3rd ed., Rev. and additional – Рр. 292-331. (In Russ.)
  6. Goland V. Ya., Zheltov V. I., 1974, Vladimir Molodcov. Dokum. povest' [Vladimir Molodtsov. Dokum. Story]. Moscow: Young Guard, 1974. – 192 p. (In Russ.)
  7. History of the Great Patriotic War of the Soviet Union 1941–1945 in 6 volumes, 1961 [Istorija Velikoj Otechestvennoj vojny Sovetskogo Sojuza 1941–1945 v 6 t.] / ed. P. N. Pospelova. Moscow: Military Publishing House, 1961. – T. 2. – 684 p. (In Russ.)
  8. Istorija Rumynii novogo i novejshego vremeni / otv. red. V. N. Vinogradov [History of Romania of modern and modern times / otv. ed. V. N. Vinogradov]. Moscow: Nauka, 1964. – 408 p. (In Russ.)
  9. Istorija Rumynii, 1918–1970, 1970, [History of Romania, 1918–1970] / otv. ed. N. I. Lebedev, A. A. Yazkova. Moscow: Nauka, 1971. – 742 p. (In Russ.)
  10. Karev G. A., 1978, Odessa – gorod-geroj [Odessa is a hero city]. Moscow: Military Publishing, 1978. – 176 p. (In Russ.)
  11. Kanyuka M. S., 1979, Muzhestvo: (O Geroe Sovetskogo Sojuza V. A. Molodcove) [Courage: (About the Hero of the Soviet Union V. A. Molodtsov)]. Moscow: Politizdat, 1979. – 79 p. (In Russ.)
  12. Korolkov G. M., 1968, V katakombah Odessy. Dokum. povest' [In the catacombs of Odessa. Dokum. story]. Moscow: Young Guard, 1968. – 176 p. (In Russ.)
  13. Kostin N., 1985, Heroes of fiery years: ocherki o moskvichah – Gerojah Sov. Sojuza [Heroes of fiery years: essays on Muscovites – Heroes of Owls. Union] / editorial board: A. M. Sinitsyn (responsible editor) and others. Moscow: Mosk. worker, 1975. – Book. 5. – 1982. – 671 p. (In Russ.)
  14. Lebedev N. I., Karpeshhenko E. D., 1964, Istorija Rumynskoj Narodnoj Respubliki: (Kratkij ocherk) [History of the Romanian People's Republic: (Brief sketch)]. Moscow: Publishing house «Mezhdunar.  relations», 1964. – 239 p. (In Russ.)
  15. Lebedev N. I., 1966, Padenie diktatury Antonesku [The fall of the dictatorship of Antonescu]. Moscow: Publishing house «Mezhdunar. relations», 1966. – 479 p. (In Russ.)
  16. Lebedev N. I., 1976, Krah fashizma v Rumynii [The collapse of fascism in Romania]. Moscow: Nauka, 1976. – 632 p. (In Russ.)
  17. Odesskaja oblast' v Velikoj Otechestvennoj vojne 1941–1945 gg. Dokumenty i materialy [Odessa region in the Great Patriotic War 1941–1945. Documents and materials] / comp. N. I. Zotov, I. V. Grechukha, E. I. Tsymbal. Odessa: Mayak, 1970. – 388 p. (In Russ.)
  18. Ocherki istorii Odesskoj oblastnoj partijnoj organizacii [Essays on the history of the Odessa regional party organization / ed. ed. G. D. Maksimenko]. Odessa: Mayak, 1981. – 539 p.  (In Russ.)
  19. Perov A., 1966, Podvig chekista. – In: Ljudi  legend / sost. V. Pavlov, N. Poltorakov, I. Selishhev [The feat of the security officer // People of legends / comp. V. Pavlov, N. Poltorakov, I. Selishchev]. Moscow: Politizdat, 1966. – Issue. 2. – Рр. 340-356. (In Russ.)
  20. Podvigom proslavlennye: Geroi Sovetskogo Sojuza – partizany i podpol'shhiki Ukrainy v gody Velikoj Otechestvennoj vojny / otv. red. V. N. Nemjatyj, D. F. Grigorovich, P. I. Denisenko, V. A. Zamlinskij; [per. s ukr. L. P. Zharovoj] [Glorified by the feat: Heroes of the Soviet Union - partisans and underground fighters of Ukraine during the Great Patriotic War / ed. ed. V. N. Nemyaty, D. F. Grigorovich, P. I. Denisenko, V. A. Zamlinsky; [per. from Ukrainian L. P. Zharovoy]. Kiev: Politizdat of Ukraine, 1985. – 382 p. (In Russ.)
  21. 73 geroicheskih dnja: Hronika oborony Odessy v 1941 godu [73 heroic days: Chronicle of the defense of Odessa in 1941], 1988, / ed. S. A. Volsky. Odessa: Mayak, 1988. – 3rd ed., Revised. and add. – 320 p. (In Russ.)
  22. Struktura i dejatel'nost' organov germanskoj razvedki v gody Vtoroj mirovoj vojny: [Sb. dok] [The structure and activities of German intelligence agencies during the Second World War: [Sat. doc], 2011, / comp.: A. V. Valyakin, A. A. Kokhan. Simferopol: Main Directorate of the Security Service of Ukraine in the Autonomous Republic of Crimea, 2011. – 656 p. (In Russ.)
  23. Trashka O., 2010, Okkupacija Odessy rumynskoj armiej i unichtozhenie evrejskogo naselenija, oktjabr' 1941 – mart 1942 goda [The occupation of Odessa by the Romanian army and the extermination of the Jewish population, October 1941 – March 1942]. – Journal of Russian and East European Historical Research. 2010. №. 3. Рр. 86-123. (In Russ.).
  24. Ukrainskaja SSSR v Velikoj Otechestvennoj vojne Sovetskogo Sojuza 1941–1945 gg.: V 3-h t / otv. red. P. T. Tron'ko, P. M. Kostryba, I. D. Nazarenko, P. M. Shmorgun [Ukrainian USSR in the Great Patriotic War of the Soviet Union 1941–1945: In 3 volumes  /  otv. ed. P. T. Tronko, P. M. Kostryba, I. D. Nazarenko, P. M. Shmorgun]. Kiev: Politizdat of Ukraine, 1975. – T. 1. – 544 p. (In Russ.).
  25. Fadeev A. V., 1960, Podvig Odessy [The feat of Odessa]. Moscow: Politizdat, 1960. – 72 p. (In Russ.)
  26. Fadeev A. V., 1963, Podvig Odessy [The feat of Odessa]. Moscow: Politizdat, 1963. 3-e izd., pererab. i dop. – 96 р. (In Russ.)
  27. Filipenko A., 2020, Pumuns'kі specsluzhbi u HH stolіttі: vіd Sіguranci do Sekurіtate. Chastina 2 [Roman special services at the XX century: from Sigurantsi to Sekuritate. Part 2]. (In Ukrainian)
  28. Hrenov A. F., 1982, Mosty k pobede [Bridges to victory]. Moscow: Military Publishing, 1982. – 349 p. (In Russ.)
  29. Weinberg G. L., 1996, Germany, Hitler, and World War II: Essays in Modern German and World History. Cambridge: Cambridge University Press, 1996. – 347 р. (In English)
  30. White G. W., 2000, Nationalism and Territory. Constructing Group Identity in Southeastern Europe. Lanham: Rowman & Littlefield, 2000. – 309 р. (In English)

Information about the author 

Vyacheslav A. Ivanov, Cand. Sci. (History), Junior researcher, State Budget Institution of the Republic of Crimea «Central Museum of Tavrida», Department Memorial to the victims of the fascist occupation of Crimea 1941–1944, Concentration camp «Krasny», Simferopol – village Mirnoe, Simferopol region, Republic of Crimea, Russian Federation.

Corresponding author

Vyacheslav A. Ivanov, e-mail: slavik1855@gmail.com

Наука. Общество. Оборона

2022. Т. 10. № 4

2311-1763

Online ISSN

Science. Society. Defense

2022. Vol. 10. № 4


Nauka. Obŝestvo. Oborona = Science. Society. Defense, Journal, Russia

канал на Яндекс Дзен

Популярное

Специальная военная операция на Украине 2022, спецоперация, бабушка Родина-мать
Владимир Кикнадзе. Сила V правде. Защита исторической памяти как стратегический национальный приоритет России. М., 2022

Рубрики

Thematic sections

Проекты

Геноцид советского народа, геноцид народов СССР, Великая Отечественная война, Без срока давности
Патриотические сводки от Владимира Кикнадзе
"Внимание к российской истории не должно ослабевать"  // Путин В.В. Послание Президента Российской Федерации Федеральному Собранию. - 2012.
В защиту исторической правды, Консультативный Совет, Л. Духанина, В. Кикнадзе,  А. Корниенко, О. Шеин
Военная безопасность России: взгляд в будущее, Российская академия ракетных и артиллерийских наук, РАРАН /Russia's military security: a look into the future, 2019, Russian Academy of Rocket and Artillery Sciences
Миграция, демография, управление рисками

Наши партнеры

научная электронная библиотека, eLIBRARY, индекс цитирования
Информрегистр НТЦ
Ассоциация научных редакторов и издателей, АНРИ
КиберЛенинка, CyberLeninka
"Военно-исторический журнал". Издание Министерства обороны Российской Федерации // www.history.milportal.ru

natsistskaya politika unichtozheniya nyurnberg genotsid bez sroka davnosti
ICI World of Journals, Index Copernicus, Science. Society. Defense
Наука. Общество. Оборона, ИВИС, Ист Вью, Nauka. Obsestvo. Oborona, East View
Наука. Общество. Оборона. Nauka, obŝestvo, oborona Номер регистрации в Международном центре ISSN