Партизанская мимикрия в Западной Белоруссии в годы Великой Отечественной войны (на примере Столбцовского батальона Армии Крайовой)

The partisan mimicry in Western Belarus during the Great Patriotic War (on the example of the battalion ”STOŁPCE” of the Polish Armii Krayovoy)

DOI: 10.24411/2311-1763-2018-10158

Аннотация. В данной статье автор вводит в научный оборот понятие «партизанской мимикрии» и рассматривает его на примере крупного подразделения Армии Крайовой. Речь идет о Столбцовском батальоне, который действовал на территории Барановичской области БССР в 1943-1944 гг. Для решения своих задач, в июне 1943 г. он интегрировался в советское партизанское движение. Искусство притворяться особенно хорошо освоили в годы Великой Отечественной войны подразделения Армии Крайовой, поскольку им для реализации своих планов приходилось входить в доверие и к немецким властям, и к советским партизанам. В статье рассматривается момент зарождения польского формирования, особенности его сосуществования в рядах «красных» партизан, история его разоблачения и разоружения.

Ключевые слова: партизаны, война, мимикрия, Польша, Армия Крайова, ЦШПД, Налибокская пуща, Белоруссия.

 

Summary. In this article, the author introduces the concept of “partisan mimicry” into scientific use and examines it on the example of a large division of the Home Army. We are talking about the Stolbtsov battalion, which acted on the territory of the Baranovichi region of the BSSR in 1943-1944. To solve its problems, in June 1943 it was integrated into the Soviet partisan movement. During the years of the Great Patriotic War, the units of the Home Army were particularly well mastered the art of pretending, because in order to fulfill their plans, they had to be trusted by both the German authorities and the Soviet partisans. The article deals with the moment of the birth of the Polish formation, the peculiarities of its coexistence in the ranks of the “red” partisans, the history of its exposure and disarmament.

Keywords: partisans, guerilla, war, mimicry, Poland, Home Army, CHPM, Belarus.

Понятие «мимикрия» уже давно перешагнуло грань естественно-научного знания. В таком сложном живом организме как общество применимы законы природы, позволяющие человеку выживать в условиях продолжительной угрозы. В качестве экстремальной ситуации для проявления подобных качеств зачастую выступает война, обнажающая животные инстинкты людей. Партизанские методы борьбы, в которых нередко отсутствуют четкие границы идентификации, позволяют прятать свою истинную суть и свои намерения, в том числе, за маской потенциального противника. Понятие «партизанская мимикрия» автором вводится впервые, это - своего рода, продукт конвергенции наук о природе и гуманитарного знания.  

 

Понятие «мимикрия», введенное в биологии английским натуралистом Генри Уолтером Бейтсом еще XIX веке, на сегодняшний день не замыкается на классическую формулу: имитатор подражает более сильной модели, дабы защититься от хищника. Мимикрия имеет широкую классификацию. [12] Учитывая сложную структуру человеческого общества и поведенческие особенности личности, описанные биологами мира примеры мимикрии не просто применимы к социуму, тем более, в условиях партизанской среды, - они могут рождать ее более сложные формы. В данном конкретном случае речь пойдет не столько о внешних признаках, заимствованных военными подразделениями для выживания, сколько о попытках одних партизанских формирований изображать действиях, характерные для своих оппонентов, ради самых различных целей. В данной статье речь пойдет о достаточно крупном  подразделении Армии Крайовой (АК) – Столбцовском батальоне, который на время притворился просоветским и был практически интегрирован в советское партизанское движение. 

 

Примечательно, что подобные примеры тоже имеют место в дикой природе. Например, австрийский энтомолог Эрих Васманн описал примеры мирмекофилии, ситуации, при которой некоторые насекомые, находясь в ассоциации с муравьями, для выживания переселяются в их жилище. При этом, определенное время они находятся в зависимости от хозяев муравейника, а впоследствии могут паразитировать за их счет. Такая мимикрия называется Васманновой. [13] Эта форма наиболее подходит под события, описываемые в данной статье. 

       

Партизанская мимикрия также может иметь разветвленную классификацию, наследуя характерные черты той или иной ситуации межвидовых отношений в животном мире. Дабы не накладывать точные кальки биологов, условно разделим партизанскую мимикрию на постоянную и временную, используя в качестве критерия ее продолжительность, а также на полную и частичную, апеллируя к ее содержанию. 

    

Из данных польских авторов следует, что один из первых партизанских отрядов АК на территории Барановичской области БССР, созданный еще летом 1942 г., уже применял метод мимикрии. Это подразделение под командованием Яна Скорба («Пущика»). Польские партизаны данного отряда во время операций использовали советскую военную форму и русский язык. В таком виде они устраивали засады на немцев, дабы устранить угрозу репрессий со стороны оккупанта в отношении местного польского населения. Работа эта велась до мая 1943 г., после чего поляки проявили свою принадлежность. [24, с.38-39] Этот пример рисует нам частичную и временную мимикрию. В данном случае четко прослеживаются имитаторы – польский отряд, модель – советские партизаны и хищник – оккупационные немецкие войска.        

В случае со Столбцовским батальоном Армии Крайовой все было не так просто и однозначно. Если вернуться к Вассмановой мимикрии и примеру с муравьями, в 1943 г. Налибокскую пущу - самый большой лесной массив Белоруссии и место появления польского отряда - можно было сравнить с муравейником. Используя художественные образы, можно добавить, что муравьи там жили практически сплошь «красные». Так, на февраль 1943 г. там, по данным руководителя Центрального штаба партизанского движения (ЦШПД) П.К. Пономаренко, уже дислоцировались около 4 тысяч советских партизан, [18, c.33] и их численность продолжала расти. Руководство Армии Крайовой припозднилось с началом формирования своих  партизанских отрядов в столь удобном для подпольной работы лесном массиве. Вероятно, по этой причине подразделение Армии Крайовой вынуждено было притворяться. Примерно так же, когда отправляло своих подпольщиков на службу в немецкую полицию.

 

Представляется, что эта операция была еще более рискованная. Если мимикрия будет не удачной – можно потерять целую подпольную армию. Но поляки на этот риск пошли. Исследователь Зыгмунт Бородин предположил, что командование Новогрудского округа Армии Крайовой дало согласие на создание вооруженного отряда под командованием подпоручика Каспера Милашевского (псевдоним «Левальд») в мае 1943 г., когда заметило активность небольшого просоветского польского подразделения – разведгруппы Адама Свенторжецкого. [24, c.105] В действительности, к формированию вооруженной подпольной армии подталкивала и ситуация с доминированием советских партизан в Налибокской пуще, и разрыв дипломатических отношений между СССР и лондонским правительством Польши. Этот процесс сопровождался созданием на территории Советского Союза независимой польской армии. 

 

К моменту создания отряда без согласования действий с советскими партизанами существовать этому польскому формированию в Налибокской пуще было уже невозможно. Поэтому инициатива последовала от поляков. В своей докладной записке на имя начальника Белорусского штаба партизанского движения (БШПД) П.З. Калинина уполномоченный ЦК КП(б)Б по Ивенецкому межрайцентру Г.А. Сидорок (псевдоним «Дубов») сообщал, что рядовые члены подпольной польской организации, лояльной лондонскому правительству, в количестве 40 человек во главе с поручиком Милашевским ушли в лес. Они хотели создать партизанский отряд, дать ему имя Ярослава Домбровского и носить национальные знаки отличия (красно-белая ленточка на фуражке) и  оказать помощь со шрифтами на польском языке для организации типографии [3, c.11]. Польские авторы приводят ряд условий, которые, в свою очередь, принял от «красных» партизан командир отряда Каспер Милашевский. Среди них:

  1. Командование и отряды можно набирать только из местных.
  2. Никаких чужаков нельзя принимать без ведения советских партизан.
  3. Никакой связи с Лондоном, Варшавой или конспиративной сетью.
  4. Право надзора и распоряжения отрядом.
  5. Не принимать никаких действий без ведения советского командования.
  6. Любая военная добыча подлежит разделу по решению советских партизан.
  7. Ограничение размера отряда.
  8. Свобода расширения советской пропаганды без противодействия со стороны поляков и т.д. [24, c.106]

Внешне это выглядело, как подчинение отряда. Хотя на основе архивных данных можно установить, что к середине июня 1943 г. отношение советского командования к отряду было неопределенным. В официальном перечне отрядов БШПД на 15 июня 1943 г., упоминается о том, что в Столбцовском районе Барановичской области находился польский партизанский отряд. Среди данных о нем указывается, что «в отряде 300 (1) человек. (1) Командир – Милашевский, поручик,… отношение отряда к партизанам Белоруссии не выяснено». [23, c.80]

Отряду Каспера Милашевского по предложению советского командования было дано имя Тадеуша Костюшко. Дата его создания расходится: по одним данным это 3, по другим - 4 июня 1943 года. (2) Основу отряда составили представители местных городков Ивенец и Столбцы. [21, c.319] Проявив лояльность, подразделение Армии Крайовой могло достаточно комфортно развиваться. 

 

На территории Белорусской ССР на этот момент еще не существовало крупных польских формирований в составе «красных» партизан, поэтому советскому руководству не было до конца понятно, как действовать в отношении нового отряда. Приток в партизаны представителей местного населения обнажил еще одну проблему: «Это требует тщательной проверки прибывающих людей, чтобы не пролезли шпионы. Работающие у нас в отрядах и бригадах уполномоченные особых отделов недостаточно квалифицированные», - сообщал в БШПД Г.А. Сидорок с просьбой прислать опытных «особистов». [2, c.9] Известно, что против консолидации поляков на оккупированных территориях выступал лично руководитель ЦШПД П.К. Пономаренко. [24, c.74] Поэтому отряд Милашевского с самого начала находился под усиленным вниманием разведки. 

 

Доверие несколько усилилось после первой боевой операции отряда по освобождению в городке Ивенец арестованных членов польского подполья. Она была проведена 19-20 июня 1943 года. (3) Ее итог – около 50 немцев убиты, 106 местных белорусских полицейских перешли в отряд Милашевского, также ряды польского формирования пополнила местная молодежь. В свое распоряжение отряд получил большое количество единиц вооружения, включая два противотанковых орудия, медицинские препараты, продовольствие, автомобили и лошадей. [26, c.19-20]

 

Операция стала поводом для гордости, как для советского руководства, так и для Армии Крайовой. Об успехах поляков П.К. Пономаренко лично доложил в письме от 3 июля 1943 г. И.В. Сталину. [17, c. 259] Очевидно, что П.К. Пономаренко хотел показать, как плодотворно продвигается работа по вовлечению местного польского населения в партизанское движение. 

 

Попало сообщение об успехе в Ивенце и в оперативную сводку ЦШПД за 10 июля 1943 г., с которой ознакомились все члены Политбюро. Из этого документа следует, что геройский польский отряд был приписан к бригаде «Первомайская» Барановичского соединения. [16, c. 20] Однако, это единственное упоминание в источниках о пребывании отряда Милашевского в составе указанной бригады.    

 

Вскоре после описываемых событий польский вопрос был поднят в Москве на пленуме ЦК КП(б)Б. По его итогам 22 июня 1943 г. было принято постановление «О мероприятиях по дальнейшему развертыванию партизанского движения в западных областях Белоруссии», а также  разослано по подпольным партийным и комсомольским организациям «Закрытое письмо ЦК КП(б)Б о военно-политических задачах работы в западных областях БССР». В нем советским подпольщикам давалось подробное руководство к действию в отношении «польских националистических организаций», вплоть до того, чтобы отряды разоружать, переподчинять, «производя негласную чистку от вражеских элементов». С другой стороны, официально было заявлено о разрешении создавать просоветские польские отряды: «…В известных случаях, когда это необходимо по конкретной обстановке и при полном обеспечении нашим влиянием, можно организовать партизанские отряды, которые в большинстве будут состоять из поляков». [11, c.63-67]  

 

После появления таких предписаний в лесах Западной Белоруссии, по сути, начало действовать правило «кто не с нами, тот против нас». С кем были бойцы Милашевского? Четкий ответ на этот вопрос советское руководство дать не могло. Поэтому началась опасная игра с высокими ставками, первый сценарий которой давал возможность польскому отряду интегрироваться в ряды советских партизан. 

 

После операции в Ивенце было определено место дислокации отряда Милашевского, была установлена постоянная связь со штабом советского командования и базы снабжения продовольствием. [26, c.20-21] Бойцы отряда Милашевского принимали участие в небольших операциях, в том числе, совместных с советскими партизанами. [9, c.30]

 

Причины сомневаться в лояльности поляков были. Партизанское командование, к примеру, смущала маленькая активность отряда им. Т. Костюшко после штурма Ивенца. [19, c.250] В то же время отряд Милашевского значительно прибавлял в численности. Вот что в своем донесении от 2 июля 1943 г. докладывал просоветский разведчик А. Свенторжецкий: «По полученным сведениям силы Милашевского достигают 1000 человек, может быть и несколько больше. Они сами называют свой отряд полком. Людей, не имеющих оружия, они не берут…». [7, c.31-32] 

 

Отметили советские партизаны в июне-июле 1943 г. и попытки антибольшевистской агитации со стороны польского отряды им. Т. Костюшко. Но и этому у поляков находилось объяснение. В середине июля 1943 г. уполномоченный ЦК КП(б)Б по Ивенецкому межрайцентру Г.А. Сидорок сообщал в БШПД, что «…факты недружелюбного отношения польских партизан к советским поручик Милашевский пытается объяснить большой засоренностью отряда и наличием людей с различными политическими взглядами». [5, c.24]

 

Разведчик Свенторжецкий предложил свой рецепт оздоровления отношений между советскими партизанами и бойцами Милашевского: нужна совместная операция, которая сплотит и тех, и других, иначе, «если не сегодня, то завтра группа Милашевского может повернуть оружие уже не против немцев». [7, c.32] Вскоре такая возможность скрепить братство по оружию общей кровью представилась.

 

Разгром гарнизона в Ивенце показал немцам, насколько сильно партизанское движение, сконцентрированное в Налибокской пуще. Для ликвидации этой угрозы была разработана операция «Германн». По данным, попавшим в оперативные сводки БШПД, против партизан были брошены войска общей численностью до 52 тыс. человек. [15, c.94-95] Отряду им. Тадеуша Костюшко по согласования с «красным» командованием необходимо было оборонять участок шириной 10 км. С севера и с юга их должны были прикрывать советские отряды. Во второй день обороны противник неожиданно ударил с флангов, где должны были находиться соседи. В результате поляки оказались в окружении и с боями должны были прорываться вглубь пущи. Выбираться им предстояло через болотные топи, которые простреливались и немецкой пехотой, и авиацией. Потери польского отряда были существенными: 25 убитыми или утонувшими в болотах, около 40 раненных и сотня пропавших без вести. [26, c.24-25] 

 

Уцелевшие силы отряда выбрали новое место дислокации, а личный состав вновь начал пополняться за счет местного населения. [14, c.101] В это время в расположение отряда прибыли так называемые «тихотёмные», диверсанты из числа военных специалистов Армии Крайовой, прошедших подготовку в Англии. В начале сентября 1943 г. командование над отрядом взял в свои руки один из новоприбывших - подпоручик Адольф Пильх («Гура», «Долина»). Знали об этом только представители Армии Крайовой, для «красного» руководства командиром оставался Милашевский. [26, c.26] Появление в отряде чужаков не осталось незамеченным для советского командования и, по всей видимости, вызвало большое недовольство. 

 

На этом фоне была сделана последняя попытка интегрировать отряд им. Т. Костюшко в советское партизанское движение мирным путем. 12 октября 1943 г. уполномоченный ЦК КП(б)Б и БШПД по Ивенецкому межрайцентру Г.А. Сидорок просто издал приказ о подчинении польского отряда. [25, c.236-237] Это было сделано формально. Поляки отказались даже предоставить список личного состава, [24, c.151-152] но и протестовать не стали. «Мы согласились вместе работать и этим же маскируемся дальше», - так охарактеризовал в своем донесении местному коменданту АК ситуацию новый командир Адольф Пильх. [8, c.249]   

 

Спустя непродолжительное время начались первые серьезные столкновения из-за методов решения продовольственных вопросов. Польский отряд пользовался поддержкой населения, а снабжение огромной армии советских партизан вело к обнищанию окрестных поселян. Самый кровопролитный конфликт случился в деревне Дубники в ночь на 18 ноября 1943 г. В ходе него представитель отряда им. Тадеуша Костюшко учинил самосуд и расстрелял 10 «красных» партизан, грабивших местных крестьян. Советское командование затребовало виновных для суда, но они не были выданы поляками. [26, c.39-40]

 

На первый взгляд, может показаться, что эти события и стали последней каплей, приведшей советское командование к идее о ликвидации польского отряда. Однако если обратиться к документам, станет понятно, что лимит доверия к нему был окончательно исчерпан чуть раньше. На связь с подпольем АК указывали и показания задержанных членов польского подполья, (4) а позже и перехваченные документы. (5) Поэтому еще 4 ноября 1943 г. секретарь Барановичского подпольного обкома В.Е. Чернышев обратился к начальнику ЦШПД с просьбой разрешить разоружение «отряда Милашевского». [26, c.42]

 

14 ноября 1943 г. командованию партизанских соединений Барановичской области пришел ответ от П.К. Пономаренко по поводу «польских националистов»: «Разоружить отряд разрешаю, но осторожно». [24, c.154] На следующий день было отправлено письмо на имя уполномоченного ЦК КП(б)Б и БШПД по Ивенецкому межрайцентру Г.А. Сидорка, в котором разоблачалась деятельность отряда Милашевского: «…легально существующий и прикрывающийся Вашим приказом о вхождении Милашевского в Ваше «партизанское движение», на самом деле не руководствуется интересами СССР, а проводит контрреволюционную и антисоветскую деятельность…». [25, c.255] Для советского командования мимикрия польского отряда была вскрыта, началась подготовка операции по его нейтрализации. А поляки продолжали «маскироваться».   

 

27 ноября 1943 г. заместитель командира партизанского соединения Барановичской области майор Рафал Василевич передал новому командиру отряда майору Вацлаву Пелке приглашение прибыть с офицерами в расположение штаба советских партизан на совместное совещание, посвященное новому наступлению немцев на пущу. В районе 6 утра 1 декабря 1943 г. польские офицеры и подофицеры – всего два с половиной десятка человек – отправились на военный совет в советский штаб. Не пройдя и двух километров, они оказались в засаде. [26, c.46-47] Буквально пару часов спустя советские партизаны из бригад им. Сталина и им. Фрунзе отправились на операцию в расположение польского отряда. По команде они вторглись в расположение ничего не подозревавших поляков. Операция была столь неожиданной для отряда им. Т. Костюшко, что проведена была практически без единого выстрела. 230 из 310 человек были разоружены, 8 поляков убиты и 10 ранены. [4, c.25]    

 

Для отряда им. Т. Костюшко эти события стали концом его существования. Однако для Столбцовского-Налибокского батальона АК, воссозданного на базе частей избежавших разоружения, началась новая фаза. Это подразделение Армии Крайовой, отбросив признаки партизанской мимикрии¸ вступило в открытую борьбу с советскими партизанами. В этом противостоянии поляки не отказались от поддержки немецкой стороны. [26, c.48-50]

 

В итоге в отношении арестованного командования польского отряда был вынесен смертный приговор, [10, c.215] который, однако, был приведен в исполнение не для всех. По требованию начальника ЦШПД пятеро – в том числе, два командира отряда  - Пелка и  Милашевский - вместо расстрела самолетом были отправлены в Москву. [24, c.166] Там их ждали новые допросы и безуспешные попытки вербовки уже на Лубянке. [26, c.16]

 

Таким образом, советскому партизанскому руководству удалось раскрыть суть партизанской мимикрии столь многочисленного подразделения Армии Крайовой. В результате деятельности отряда им. Т. Костюшко отдельный филиал Армии Крайовой появился в бригаде им. Фрунзе Барановичской области - отряд Янковского, состоящий из Волмской самообороны. [6, c.36] По приказу Милашевского это подразделение должно было доставать сведения о советских партизанах, мешать их успешной деятельности, красть оружие и амуницию. [20, c.253] После разоружения отряда Милашевского на большую засоренность шпионскими элементами бригады им. Фрунзе обратил уполномоченный ЦК КП(б)Б и БШПД по Ивенецкому межрайцентру Г.А. Сидорок. [4, c.26] 

 

Столбцовский батальон Армии Крайовой явил пример полной, но постоянной партизанской мимикрии. Полная – благодаря видимому лояльному отношению, похожему на подчинение, а долгосрочная, – исходя продолжительности действия. Первый опыт создания большого польского партизанского отряда на территории БССР за счет местного населения у Советского союза явно не задался. Однако работа по демаскировке поляков была проведена практически успешно.

Примечания

  1. Польский исследователь, ветеран Столбцовского батальона Армии Крайовой Мариан Подгуречный к середине июня 1943 г. фиксирует в отряде цифру 150 партизан. [26, c.18]
  2. Дату 3 июня 1943 г. называет Мариан Подгуречный со ссылкой на донесение самого Каспера Милашевского.  [26, c.18] На допросе командир назвал другую дату создания своего отряда - 4 июня 1943 года. [21, c.319]
  3. В донесения советских партизан об этом событии вкралась ошибка. Штурм Ивенца датируется 12 июнем 1943 г. [16, c.20] Встречается также дата 18 июня 1943 г. Ее называют в своих воспоминаниях ветераны советского партизанского движения И.П. Казак и А.Ф. Хацкевич. [1, c.191]
  4. На допросе в октябре 1943 г. один из активистов АК Виленского округа Тадеуш Корсак, сознался, что сотрудничал с отрядом Милашевского. [22, c.164]
  5. Советскими партизанами был перехвачен отчет отряда, направленный в Комендатуру Новогрудского округа АК. [25, c.255]

Список литературы и источников

  1. В едином строю. Воспоминания участников партизанского движения в Белоруссии. - Минск, 1970.
  2. Докладная записка начальнику БШПД тов. Калинину 3 июня 1943 г. - Национальный архив Республики Беларусь (НАРБ). Ф.1329. Оп.1. Д.32. Л.9.
  3. Докладная записка начальнику БШПД тов. Калинину. После 4 июня 1943 г. - НАРБ. Ф.1329. Оп.1. Д.32. Л.11.
  4. Докладная записка секретарю Барановичского подпольного комитета КП(б)Б т. Платону от 3 декабря 1943 г. - НАРБ. Ф.1329, Оп.1. Д.32. Л.25-26.
  5. Докладная записка уполномоченного ЦК КП(б)Б и БШПД Г.А. Сидорка начальнику БШПД П.З. Калинину о подпольных польских организациях в Юратишском, Столбцовском и Ивенецком районах от 14 июля 1943 г. - НАРБ. Ф.1329. Оп.1. Д.32. Л.23-24.
  6. Донесение о 8-ом рейде польской партизанской группы при бригаде им. Чкалова от 5 июля 1943 г. - НАРБ. Ф.1450. Оп.2. Д.49. Л.36-37.
  7. Донесение о седьмом рейсе польских партизан,  2 июля 1943. - НАРБ. Ф.1399. Оп.1. Д.169. Л.31-32.
  8. Донесение о ситуации. Польский партизанский отряд. 25 октября 1943 г. - НАРБ. Ф.1450. Оп.2. Д.50. Л.249.
  9. Донесение о шестом рейсе польских партизан,  25 июня 1943. - НАРБ. Ф.1399. Оп.1. Д.169. Л.30-30об.
  10. Заключение по делу руководителей белопольской контрреволюционной националистической повстанческой организации Польски звензек повстанчий, декабрь 1943. - НАРБ. Ф.1450. Оп.2. Д.50. Л.212-215.
  11. Закрытое письмо ЦК КП(б) Б о военно-политических задачах работы в западных областях БССР.  - РГАСПИ. Ф.625. Оп.1. Д.8. Л. 63-67
  12. Искусство подражания. - Наука и жизнь, 2003, №4. 
  13. Мирмекофилия. - Википедия. -  https://ru.wikipedia.org/wiki/%D0%9C%D0%B8%D1%80%D0%BC%D0%B5%D0%BA%D0%BE%D1%84%D0%B8%D0%BB%D0%B8%D1%8F.
  14. О Милашевском. - Российский государственный архив социально-политической истории (РГАСПИ). Ф.625. Оп.1. Д.67. Л. 101-102.
  15. Оперативная сводка БШПД. Август 1943 г.- РГАСПИ. Ф.69. Оп.1. Д.145. Л. 94-95.
  16. Оперативная сводка ЦШПД за 10 июля 1943 г. - РГАСПИ. Ф.69. Оп.1. Д.54. Л. 1-20.
  17. Письмо Пономаренко Сталину от 3 июля 1943 г. - РГАСПИ. Ф.625. Оп.1. Д.67. Л. 259.
  18. Письмо Пономаренко тт. Варвашене и Капусте. - РГАСПИ. Ф.625.Оп.1.Д.8. Л.33.
  19. Польша-Беларусь (1921-1953). Сборник документов и материалов. Минск, 2012.
  20. Приказ Милашевского. - НАРБ. Ф.1450. Оп.2. Д.49. Л.252-253.
  21. Протокол дополнительного допроса Милашевского Каспара Адольфовича, 6 декабря 1943. - НАРБ. Ф.1450. Оп.2. Д.50. Л.319-321.
  22. Протокол допроса Корсака Тадеуша Адамовича, 4 октября 1943. - НАРБ. Ф.1450. Оп.2. Д.50. Л.162-164.
  23. Список партизанских отрядов, действовавших на территории БССР на 15 июня 1943 г. - РГАСПИ. Ф.69. Оп.1. Д.175. Л. 80.
  24. Boradyn Z.  Niemen – rzeka niezgody. Polsko-sowiecka wojna partyzancka na Nowogródczyźnie. - Warszawa, 1999.
  25. Gnatowski M. Dokumenty o stosunku radzieckiego kierownictwa do polskiej konspiracji niepodległościowej na północno-wschodnich Kresach Rzeczypospolitej w latach 1943-1944. - Studia Podlaskie, T.V, Białystok, 1995. S. 211-317.
  26. Podgóreczny M. Zgrupowanie Społpiecko-Nalibockie Armii Krajowej: oszczerstwa i fakty. Wzwiad z dowódcą Zgrupowania, cichociemnym, mjr Adolfem Pilchem, ps. «Góra», «Dolina». Sopot, 2011.

References

  1. V yedinom stroyu. Vospominaniya uchastnikov partizanskogo dvizheniya v Belorussii. - Minsk, 1970.
  2. Dokladnaya zapiska nachal'niku BSHPD tov. Kalininu 3 iyunya 1943 g. - Natsional'nyy arkhiv Respubliki Belarus' (NARB). F.1329. Op.1. D.32. L.9.
  3. Dokladnaya zapiska nachal'niku BSHPD tov. Kalininu. Posle 4 iyunya 1943 g. - NARB. F.1329. Op.1. D.32. L.11.
  4. Dokladnaya zapiska sekretaryu Baranovichskogo podpol'nogo komiteta KP(b)B t. Platonu ot 3 dekabrya 1943 g. - NARB. F.1329, Op.1. D.32. L.25-26.
  5. Dokladnaya zapiska upolnomochennogo TSK KP(b)B i BSHPD G.A. Sidorka nachal'niku BSHPD P.Z. Kalininu o podpol'nykh pol'skikh organizatsiyakh v Yuratishskom, Stolbtsovskom i Ivenetskom rayonakh ot 14 iyulya 1943 g. - NARB. F.1329. Op.1. D.32. L.23-24.
  6. Doneseniye o 8-om reyde pol'skoy partizanskoy gruppy pri brigade im. Chkalova ot 5 iyulya 1943 g. - NARB. F.1450. Op.2. D.49. L.36-37.
  7. Doneseniye o sed'mom reyse pol'skikh partizan, 2 iyulya 1943. - NARB. F.1399. Op.1. D.169. L.31-32.
  8. Doneseniye o situatsii. Pol'skiy partizanskiy otryad. 25 oktyabrya 1943 g. - NARB. F.1450. Op.2. D.50. L.249.
  9. Doneseniye o shestom reyse pol'skikh partizan, 25 iyunya 1943. - NARB. F.1399. Op.1. D.169. L.30-30ob.
  10. Zaklyucheniye po delu rukovoditeley belopol'skoy kontrrevolyutsionnoy natsionalisticheskoy povstancheskoy organizatsii Pol'ski zvenzek povstanchiy, dekabr' 1943. - NARB. F.1450. Op.2. D.50. L.212-215.
  11. Zakrytoye pis'mo TSK KP(b) B o voyenno-politicheskikh zadachakh raboty v zapadnykh oblastyakh BSSR. - RGASPI. F.625. Op.1. D.8. L. 63-67
  12. Iskusstvo podrazhaniya. - Nauka i zhizn', 2003, №4. 
  13. Mirmekofiliya. - Vikipediya. - https://ru.wikipedia.org/wiki/%D0%9C%D0%B8%D1%80%D0%BC%D0%B5%D0%BA%D0%BE%D1%84%D0%B8%D0%BB%D0%B8%D1%8F.
  14. O Milashevskom. - Rossiyskiy gosudarstvennyy arkhiv sotsial'no-politicheskoy istorii (RGASPI). F.625. Op.1. D.67. L. 101-102.
  15. Operativnaya svodka BSHPD. Avgust 1943 g.- RGASPI. F.69. Op.1. D.145. L. 94-95.
  16. Operativnaya svodka TSSHPD za 10 iyulya 1943 g. - RGASPI. F.69. Op.1. D.54. L. 1-20.
  17. Pis'mo Ponomarenko Stalinu ot 3 iyulya 1943 g. - RGASPI. F.625. Op.1. D.67. L. 259.
  18. Pis'mo Ponomarenko tt. Varvashene i Kapuste. - RGASPI. F.625.Op.1.D.8. L.33.
  19. Pol'sha-Belarus' (1921-1953). Sbornik dokumentov i materialov. Minsk, 2012.
  20. Prikaz Milashevskogo. - NARB. F.1450. Op.2. D.49. L.252-253.
  21. Protokol dopolnitel'nogo doprosa Milashevskogo Kaspara Adol'fovicha, 6 dekabrya 1943. - NARB. F.1450. Op.2. D.50. L.319-321.
  22. Protokol doprosa Korsaka Tadeusha Adamovicha, 4 oktyabrya 1943. - NARB. F.1450. Op.2. D.50. L.162-164.
  23. Spisok partizanskikh otryadov, deystvovavshikh na territorii BSSR na 15 iyunya 1943 g. - RGASPI. F.69. Op.1. D.175. L. 80.
  24. Boradyn Z., 1999, Niemen – rzeka niezgody. Polsko-sowiecka wojna partyzancka na Nowogródczyźnie. - Warszawa, 1999.
  25. Gnatowski M., 1995, Dokumenty o stosunku radzieckiego kierownictwa do polskiej konspiracji niepodległościowej na północno-wschodnich Kresach Rzeczypospolitej w latach 1943-1944. - Studia Podlaskie, T.V, Białystok, 1995. S. 211-317.
  26. Podgóreczny M., 2011, Zgrupowanie Społpiecko-Nalibockie Armii Krajowej: oszczerstwa i fakty. Wzwiad z dowódcą Zgrupowania, cichociemnym, mjr Adolfem Pilchem, ps. «Góra», «Dolina». Sopot, 2011.

Популярное

Россия, история, 2000 - 2014
Путин В., Президент России, Мюнхен, 2007
Япония: роль и место в развязывании Второй мировой войны и политика СССР
Московский морской кадетский корпус "Навигацкая школа"
Без знания прошлого нет будущего
Патриотические сводки от Владимира Кикнадзе

Рубрики

"Внимание к российской истории не должно ослабевать"  // Путин В.В. Послание Президента Российской Федерации Федеральному Собранию. - 2012.
Миграция, демография, управление рисками
Всероссийская военно-историческая олимпиада

Наши партнеры

научная электронная библиотека, eLIBRARY, индекс цитирования
Информрегистр НТЦ
КиберЛенинка, CyberLeninka
"Военно-исторический журнал". Издание Министерства обороны Российской Федерации // www.history.milportal.ru

Яндекс.Метрика
Наука. Общество. Оборона. Nauka, obŝestvo, oborona Номер регистрации в Международном центре ISSN