Ипполитова А. Г.,

кандидат культурологии, доцент

Ippolitova A. G.,

PhD in Cultural Studies, Associate Professor 


Социокультурные манифестации экстремизма в контексте псевдолиберальных ценностей

Social and cultural manifestations of extremism in the context of pseudoliberal values

DOI: 10.24411/2311-1763-2018-10163

Аннотация. В статье поднимается дискуссионная проблема деструктивной трансформации модели общества. А именно: социокультурные манифестации экстремизма находят питательную среду в  «псевдолиберальных» принципах, а либерализм становится одним из механизмов пропаганды экстремистской идеологии, использующей либеральные идеи для маскировки концепции насилия и разрушения. 

Ключевые слова: экстремизм, либерализм, экстремистские манифестации, псевдолиберализм, свобода личности, право, Россия, либераст, псевдопатриотизм, общество.  

 

Summary. The article contains a debatable problem about the social and cultural extremism manifestations, which find a breeding ground in the "pseudoliberal" principles. Today, liberalism is becoming one of the propaganda mechanisms of extremist ideology, using liberal ideas to mask the violence and destruction concept.

Keywords: extremism, liberalism, extremist manifestations, pseudo-liberalism, individual freedom, law, Russia, liberast, pseudo-patriotism, society.

Актуальность темы демонстрации идеологии экстремизма в обществе не вызывает сомнений в современной политической и социокультурной обстановке. Очевиден и междисциплинарный характер проблематики. Ведь помимо необходимости четких правовых критериев и признаков данного явления нам необходимо знать механизмы актуализации и популяризации экстремизма в современной культурной среде. 

 

Данный аспект проблемы гораздо шире, чем может показаться на первый взгляд, поскольку для утверждения своих манифестаций экстремистская идеология может прибегать к манипуляциям на почве иных идейных и культурных течений. Сегодня такой социокультурной площадкой стал либерализм и либеральные ценности, что очевидно для культуролога, социолога, философа, историка. Но причинно-следственные связи между, казалось бы, идеологически несоединимыми парадигмами экстремизма и либерализма с юридической точки зрения практически недоказуемы и умозрительны. Поэтому цель данной статьи – попытаться показать «псевдолиберализм», содержание которого наполнено экстремистскими манифестациями. 

 

Мы привыкли полагать, что экстремизм проявляет себя в громких, шокирующих акциях, нарушающих международное законодательство в области прав и свобод человека.  Ведь он – деструктивное явление культуры, отражающее системный кризис в обществе. Он проявляется в разных сферах, поэтому для него характерно видовое разнообразие. Например, в политике – это идеологии национализма, расизма, анархизма и пр., а в религии – фундаментализм, традиционализм и терроризм. Опора экстремизма – социальные слои с размытой идентичностью, поскольку отсутствие самосознания провоцирует развитие деструктивной культуры с характерными чертами: 

  • идеи социального, расового или национального неравенства, доведенные до крайней степени; 
  • примитивное деление на своих и чужих; 
  • утопия в сочетании с ценностями консерватизма; 
  • ориентация на действия прямого физического насилия, уничтожения противников и пр. 

Подобные обоснованные тезисы мы находим в различных исследованиях, как юридических, так и социогуманитарных [1, 2, 3]. 

 

Собственно правовое понимание экстремизма появилось сравнительно недавно. Впервые законодательно закрепленное на международном уровне в Шанхайской конвенции от 15 июня 2001 г. «О борьбе с терроризмом, сепаратизмом и экстремизмом» [4], отталкивается от явной деструктивной сущности данного явления: «какое-либо деяние, направленное на насильственный захват власти или насильственное удержание власти, а также на насильственное изменение конституционного строя государства, а равно насильственное посягательство на общественную безопасность, в том числе организация в вышеуказанных целях незаконных вооруженных формирований или участие в них» [5, с. 223-224]. 

 

Однако современные идеологи экстремизма «научились» действовать скрытно, не обнажая и не демонстрируя собственных идей, не приписывая себе авторства, но, в конечном итоге, достигая целей разжигания разнообразных форм нетерпимости, а также дестабилизируя социальную и политическую обстановку. Его социокультурные манифестации подписаны иными именами, что «избавляет» такие деструктивные идеологии от правовых проблем и формирует у экстремизма новый культурный признак - маскировочный. 

 

На взгляд автора статьи, сегодня маска экстремиста – либерал. Именно поэтому в название вынесен термин «псевдолиберальные ценности». Чтобы обосновать подобную идею, необходимо кратко раскрыть сущность и содержание либерализма [6]: «идейное течение, в основе которого лежит убеждение в необходимости постепенного реформирования общества с целью полной реализации индивидуальных ценностей, и, в первую очередь, индивидуальной свободы». 

 

Подобная парадигма формировалась на основе философии и общественной мысли XVII – XVIII вв. Главная ценность – свобода личности, неотделимая от демократии, правозаконности, нравственности и т.д., которые были актуальны для общества, формировавшего принципиально новую модель социокультурного устройства, отличную от Средневековья. 

 

На волне европейских буржуазных революций концептуально оформилась либеральная картина мира, а идеи философов, особенно просветителей, оказали влияние на формирование ценностных установок современного западного мира. Несмотря на весь утопизм взглядов многих мыслителей, нельзя не заметить высокий нравственный ценз в трудах Дж. Локка, Вольтера, Ж.-Ж. Руссо и др.

 

В прямом смысле слова первые истинные либералы были педагогами, учившими человека не просто быть свободным, но и ответственным за собственные действия перед обществом. Человек в картине мира либерализма остается частью социальной системы. Степень его свободы определяется достаточно высокой нравственной планкой, а деятельность индивида рассматривается с позиций общественной пользы. Здесь небезынтересно в качестве примера привести некоторые идеи либерального философа, работавшего в парадигме утилитаризма – Дж. Бентама. Свои политические и юридические представления изложил в ряде научных трудов таких, как «Введение в основы нравственности и законодательства» (1789); «Трактат законодательства гражданского и криминального» (1802); «Теория наказаний и наград» (1811); «Деонтология, или Наука о морали» (1834).  

 

Утилитаризм Бентама выстраивается в духе философии Просвещения, чьи доминанты характерны для теоретических выкладок этого юриста (индивидуализм, либерально-политическое понимание устройства государства, идеи свободной торговли и «свободной» конкуренции, ценности свободы слова и др.).  Согласно его теории, действия человека нельзя оценить без морального ценза. А моральная значимость поступка или поведения определяется их полезностью. Любое социальное деяние должно, в конечном итоге, приносить пользу как человеку, так и обществу, в котором тот осуществляет свою деятельность (социальное благо). 

 

Рассуждая о «принципе полезности», ученый считал, что любые действия следует поощрять или порицать в зависимости от их тенденции усиливать или ослаблять пользу для отдельного индивида или группы лиц [7, c. 75–77]. А максимальное достижение гармонии индивидуальных и общественных интересов возможно через, выражаясь современным языком, «прозрачность» и контроль любых социальных групп, органов власти и пр. Такая организация представляется для Бентама конечной целью развития человечества. 

 

На этом примере мы видим, что в глазах родоначальников либерализма свобода не представляет бесконтрольной стихии и возможности проявлять себя как угодно. Более того, свобода была четко ограничена как нравственными ценностями, так и юридическими нормами. Здесь уместно привести два афоризма Вольтера: «Истина, свобода и добродетель – вот единственное, ради чего нужно любить жизнь»; «Свобода состоит в том, чтобы зависеть только от законов» [8].

 

Надо констатировать, что база либерализма – стройная социально-ориентированная система с четкими законодательными критериями поведения, а не только концепция свободы личности в любых ее, в том числе парадоксальных, проявлениях.

 

В современной же действительности, напротив, мы обнаруживаем понимание либерализма как способа безответственного самопроявления, апеллирующего к идеям свободы слова, личности, приоритета равенства и т.д. Хотя, в сущности, у тех, кто называет себя либералом, отсутствует базовое понимание свобод человека, созданное просветителями. Поэтому в современном мире нам часто пытаются навязать весьма странные социальные нормы и правила, «прикрываясь» правами личности. Например, это делают сегодня отдельные представители феминистских организаций, считающие, что можно разгуливать обнаженными по улицам и, напротив, чрезмерно ортодоксальные социальные группы, в первую очередь религиозные. 

 

Удивительно, но сегодня так называемая борьба за свои права и свободы оказывается сопряженной с созданием дискомфортной социальной среды для других, а также с нарушением прав и свобод иных лиц. Здесь мы и сталкиваемся с безнравственной и безответственной пропагандой псевдолиберализма, манифестации которого наполнены откровенно экстремистскими проявлениями. К примеру, небезызвестный скандал вокруг группы «Пуси Райт», чьи поступки оскорбительны для значительной части социума. Один из них – пляска в алтарной части храма – как минимум «задевает» чувства православного человека (даже не воцерковлённого). Подобная выходка – явная экстремистская манифестация, так как гарантированно вызывает конфликты на межрелигиозной почве. 

 

Или, кощунственные, с позиции нравственных ценностей, карикатуры французского журнала «Charlie Hebdo» [9]. Для доказательства следует обратиться к анализу современной карикатуры, представленной продукцией французского журнала, которая вызвала широкий общественный резонанс и спровоцировала экстремистские акции со стороны мусульманских традиционалистов.  Изображения издательства, активно тиражируемые в пространстве интернета, стали не только способом манифестации религиозной неприязни, но и дали обоснование террористам для реализации насилия. Почему карикатура послужила толчком для подобных действий? Содержание данных изображений – манифестация экстремистской культуры, отражающая нивелирование духовно-нравственных ориентиров, что обнаруживается в следующем: 

  1. в открытых текстовых оскорблениях и унижениях исламской культуры; 
  2. в семантическом единстве текста с иллюстрацией, которые подчеркивают стремление авторов дискредитировать достоинство чужой религии; 
  3. в отступлении от жанровых и содержательных смыслов карикатуры как формы социокультурной реакции на актуальные проблемы социума. 

Все обозначенные тенденции демонстрируются так, что текст подчеркивает характер изображения, четко актуализирующий знаки, семантика которых сводится к богохульству и ксенофобии. 

 

Другой пример экстремистского содержания так называемой карикатуры – изображения крушения российского авиалайнера A–321 в Египте. Здесь нарушена табуированная и сакральная в социуме тема смерти. 

 

Смерть – глубинная архетипическая ценность, где даже насмешки воспринимаются как кощунство и глумление. По сути, мы имеем дело с открытой экстремистской манифестацией, ведь горе других людей откровенно «радует» псевдолиберальных создателей карикатур, прикрывающихся в данном случае идеей свободой слова, которая в современном преломлении утеряла такие понятные для просветителей доминанты как гуманность, нравственность, и, самое главное, – ответственность за собственные действия. 

 

Даже с юридической точки зрения мы имеем дело с нарушением нелиберальных принципов. Ведь наша личная свобода заканчивается там, где начинается чужая. В случае с последними упомянутыми карикатурами проигнорирована свобода на проявление горя и духовное осмысление смерти большого количества людей. На подобное попирание свободы способен только подлинный экстремист. Ведь для него страдания другого человека – норма. Так почему таким «карикатурным» образом «не наступить на мозоль»? И прикрытие – свобода слова и игнорирование цензуры. Попросту говоря, перед нами типичный пример «псевдолиберала», чьи действия угодны экстремистской идеологии. 

 

Другие примеры искажения либеральной идеологии мы обнаруживаем в современной российской медиасфере. Здесь журналисты, политологи, общественные деятели пропагандируют идеи и ценности, провоцирующие конфликты и ксенофобию, обостряющие социальные противоречия, реально существующие в нашем обществе. А именно:  

  • сравнение россиян с западным миром, где мы выступаем «варварами». А варварство наше основывается на высказываниях, подобных «выступлениям» музыканта Андрея Макаревича. Его довод о «злобных дебилах» россиянах базируется исключительно на субъективизме и эмоциях. Да и большинство современных теледебатов и страниц блогов по риторике напоминают обычные обывательские разговоры, напоминающие «кухонную свободу», столь характерную для периода застоя перестройки в СССР. Но такие диалоги неизбежно приводят к накалу страстей и пустым конфликтам. Складывается ощущение, что псевдолиберальные авторы специально поддерживают уровень агрессивности в социуме; 
  • десакрализация неоспоримых святынь истории. Например, искажение исторических фактов об истории Великой Отечественной войны. Немаловажно, что в своей вольной трактовке событий 1941 – 1945 гг. либеральные историки сами не замечают прямого нарушения законодательства [10], суть которого сводится к недопущению реанимации нацистской идеологии и ее ценностей [11, 12, 13]. 

Можно приводить до бесконечности примеры псевдолиберальной мысли, но тогда статья примет абсолютно хаотичный характер, так как именно логическая стройность, ясная линия мысли отсутствует у тех, кто себя называет либералом

 

Либерал сегодня почти любой и каждый, кто совершает деструктивные поступки, идущие вразрез с социокультурными нормами большинства. При этом они «возвышаются» над обществом, что служит закреплению за ними оскорбительного клише «либераст», встречающееся в разнообразных сайтах, в блогах, прессе, в обыденных разговорах и пр. 

 

В массовом сознании задачи «либераста» следующие: 

  • а) трансформация идентичности народа в угоду западному миру; 
  • б) навязывание западных ценностей и укладов; 
  • в) демонтаж собственной государственности;
  • г) интеграция территорий в западный глобалистский проект. 

 

Вникать в суть этих тезисов, чтобы понять, так ли это, нет смысла. Важно уловить: они имеют в социуме стереотипный характер. Чёткая формулировка обнаруживается на самых разнообразных сайтах, используется в политической риторике, СМИ и пр. Либерализм стал восприниматься как «пятая колонна»

 

Конечно, такое жесткое обвинение требует серьезной доказательной базы. Но обывателям они не нужны. Есть готовый враг всегда необходимый для идеологии экстремизма для запуска механизмов ксенофобии. В данном случае –  «либераст», против которого следует развернуть крайне агрессивную борьбу. И здесь на поверхность выходят экстремистские манифестации. Ведь любая профашистская группировка теперь может выглядеть патриотично. Лозунги с сомнительных сайтов анархистского характера, направленные против либеральных ценностей, одобряются россиянами. Традиционалисты и ортодоксы больше не воспринимаются как угроза. Напротив, трансформируются в хранителей традиций и духовности. Теперь экстремистские манифестации завуалированы под патриотическую идею, псевдопатриотичны. 

 

Псевдопатриотизм ведет активную борьбу с «псевдолибералами», а побеждает незаметно для человека истинный экстремизм, утверждающий свою культуру в нормальной социальной среде.

 

Такой «виртуальной» борьбой «псевдолибералы» довольны. Они подогревают страсти, выступая в роли мучеников, несущих просвещение в массы. Поэтому начинают поддерживать всё, что против мнения большинства. В том числе, открыто оправдывают экстремизм. К примеру, поддержка украинской государственной политики, в которой происходит реанимация фашизма и национализма в исторической памяти народа. 

 

Конечно, можно оспорить мнение автора статьи, ссылаясь на изначальное историко-культурное неприятие в России либеральных ценностей, чуждых нашей «азиатской», отличной от западной, ментальности. Но именно серьёзные отличия в национальном характере изначально утвердили в политической жизни «псевдолиберала», поскольку классический образец, созданный философами Просвещения, складывался на основе западного менталитета. В России либерализм изначально трактовался с позиции пренебрежения к отечественным ценностям, что в литературных образах подчеркнул Ф.М. Достоевский. В частности, в романе «Бесы» [14]: «Высший либерализм» и «высший либерал», то есть либерал без всякой цели, возможны только в одной России»;  «Наш русский либерал прежде всего лакей и только и смотрит, как бы кому-нибудь сапоги вычистить». Удивительно, но мало что изменилось в Отечестве. Ведь этот роман писателя раскрывает деструктивную, лишенную духовности культуру экстремизма, если выражаться современным языком. И поддерживалась она на неосознанном уровне либералом, готовым оправдать девиантные идеи ради призрачной свободы. 

 

Но сегодня деформацию либеральной идеи, её разрыв с ценностями нравственности и социальной пользы мы обнаруживаем и на западе во всех сферах социальной жизни. Это проявляется не только в существовании скандальных издательств, подобных «Charlie Hebdo». 

 

К сожалению, псевдолиберализм проникает во все сферы, затрагивая базовые ценности обычного человека, что также выводит на поверхность культуры экстремистские манифестации как в их прямой демонстрации, так и в косвенных проявлениях. 

 

В частности, сегодня удивляет искажение смысла и содержания понятия «толерантность». Признание любых взглядов сделало возможным реваншизм фашистской идеи, позволило эмигрантам не интегрироваться в европейскую жизнь и навязывать собственные правила игры, особенно в религиозной сфере. Ведь все религии равноправны. Но в таком равноправии стала подавляться традиционная христианская религия в угоду соблюдению прав меньшинства. 

 

Равноправие любых форм сексуальных отношений привело к деформации семьи как базовой ценности любого общества, спутало социальные роли. Разрушение нормальной интимной модели жизни опять-таки позволяет социальным группам с ортодоксальной картиной мира ограничивать собственный мир от таких угроз именно в традиционалистских формах. Экстремизм и агрессивность становятся защитной реакцией, которая оправдывается обывателем. 

 

Современные тенденции социального брожения и допустимость выбора экстремистских манифестаций, вместо свободы слова и либеральных ценностей, отражаются в бытовой повседневности, массовой культуре. Здесь уместно вспомнить анекдот: «Дорогая, нашего сына забрали в полицию. Он участвовал в драке скинхэдов и геев. Не волнуйся, наш сын – нацист». Анекдот как форма фольклора, как социальная реакция на окружающую реальность. В данном случае он демонстрирует симпатию к экстремистскому мировоззрению.  

 

Таким образом, современная культура демонстрирует нам деформацию идей и ценностей либерализма, непонимание их сути. Ведь для создателей либеральной модели общества была важна четкость социальной структуры, основой которой были нравственность, ответственность, польза. Либерализм, как свобода, не представлял хаоса. Напротив, демонстрировал социальную сопричастность людей. 

 

Современный либерализм подчиняет все свои действия личной свободе и мнениям. Он утерял гуманный и нравственный фундамент, связанный с чувством социальной сопричастности. Риторика либерала сегодня безответственная и хаотичная. Поэтому в данной статье говорится о псевдолиберализме, который стал использоваться для продвижения идей экстремизма. Ведь манифестации данной деструктивной идеологии запрещены законом, а их преступления легко доказуемы из-за открытой агрессии. Псевдолиберализм позволяет экстремизму действовать скрытно, незаметно. Замаскированный, он расширяет свою социальную базу за счёт протеста и неприятия антипатриотичной позиции «либерала», делает привлекательным для социума яркие лозунговые формы культуры.

 

Анархизм, расизм, национализм, религиозный традиционализм становятся привлекательными, так как несут в себе якобы традиционные ценности, охраняющие целостность социума. Такая маска благородства делает манифестации экстремизма действенными, поскольку они принадлежат не носителям деструктивных закрытых субкультур, а сливаются с жизнью большинства. С позиции закона такую идеологию трудно ограничить до тех пор, пока не доказана причинно-следственная связь между скрытыми манифестациями идей и конкретной акцией насилия. 

 

В целом, в данной статье обозначена достаточно дискуссионная проблема: слияние противопоставленных социкультурных и политических парадигм уничтожает либерализм с его высоким нравственным цензом, но популяризировало жёсткую и беспринципную модель экстремистских субкультур, при этом в обход действующих законодательных норм. Ведь в экстремизме видят защиту от угроз либерального мира, который стали ассоциировать с разрушением. Такое смещение понятий, безусловно, ведёт к потере культурных ориентиров и социальной нестабильности

Список литературы и источников

  1. Актуальные вопросы исследования профилактики экстремизма. Материалы международной научно-практической конференции, 11-13 октября 2004. Санкт-Петербург, 2004.
  2. Зеленков М. Ю. Религиозные конфликты: проблемы и пути их решения в начале XXI века (политико-правовой аспект). Воронеж, 2007.
  3. Нуруллаев А. А. Религиозно-политический экстремизм. [Электронный ресурс]. – URL:  http://sbiblio.com (дата обращения: 1.11.2014).
  4. Шанхайская конвенция о борьбе с терроризмом, сепаратизмом и экстремизмом (заключена в г. Шанхае 15.06.201). [Электронный ресурс]. – URL:  http://www/consultant.ru. (дата обращения 20.04.2018).
  5. Международное право и борьба с преступностью: сборник документов / сост.: А. В. Змеевский, Ю. М. Колосов, Н. В. Прокофьев. – М., 2004. 
  6. Философский энциклопедический словарь. М.: Советская энциклопедия. Гл. редакция: Л.Ф. Ильичёв, П.Н. Федосеев, Ч.М. Ковалёв, В.Г. Панов. 1983.   [Электрон. ресурс] – URL:  https://dic.academic.ru.  (дата обращения 18.04.2018).
  7. Левенсон П. Я. Иеремия Бетам. Его жизнь и общественная деятельность. Биографический очерк:  [Электрон. ресурс] – URL:  http://lib.ru (дата обращения: 27.10.2017).  
  8. Афоризмы:  [Электрон. ресурс] – URL:  https://persons-aforism.ru (дата обращения: 22.04.2018).
  9. Информационный портал:  http://karikaturist.ru/history.
  10. Федеральный Закон от 19 мая 1995 г. №80 – ФЗ «Об увековечивании Победы советского народа в Великой Отечественной войне 1941 – 1945 гг.». [Электрон. ресурс] – URL:  http://base.garant.ru (дата обращения: 22.04.2018).
  11. Кикнадзе В. Г. Государство, политика и СМИ в создании современного образа Великой Победы. – Мир и политика. 2010. № 12 (51). С. 30-36.
  12. Кикнадзе В. Г. Военная история и безопасность России. – Военно-исторический журнал. 2010. № 5. С. 19-21.
  13. Кикнадзе В. Г. Генезис права и управления в области противодействия попыткам фальсификации и искажения истории в ущерб интересам России. – Вестник Академии права и управления. 2015. № 4 (41). С. 29-36.
  14. Цитаты и афоризмы. [Электрон. ресурс] – URL:http://quote-citation.com (дата обращения: 11.04.2018).

References

  1. Aktual'nyye voprosy issledovaniya profilaktiki ekstremizma, 2004, Materialy mezhdunarodnoy nauchno-prakticheskoy konferentsii, 11-13 oktyabrya 2004. Sankt-Peterburg, 2004.
  2. Zelenkov M. YU., 2007, Religioznyye konflikty: problemy i puti ikh resheniya v nachale XXI veka (politiko-pravovoy aspekt). Voronezh, 2007.
  3. Nurullayev A. A., 2014, Religiozno-politicheskiy ekstremizm. [Elektronnyy resurs]. – URL: http://sbiblio.com (data obrashcheniya: 1.11.2014).
  4. Shankhayskaya konventsiya o bor'be s terrorizmom, separatizmom i ekstremizmom (zaklyuchena v g. Shankhaye 15.06.201). [Elektronnyy resurs]. – URL: http://www/consultant.ru. (data obrashcheniya 20.04.2018).
  5. Mezhdunarodnoye pravo i bor'ba s prestupnost'yu: sbornik dokumentov, 2004, / sost.: A. V. Zmeyevskiy, YU. M. Kolosov, N. V. Prokof'yev. – M., 2004. 
  6. Filosofskiy entsiklopedicheskiy slovar', 1983, M.: Sovetskaya entsiklopediya. Gl. redaktsiya: L.F. Il'ichov, P.N. Fedoseyev, CH.M. Kovalov, V.G. Panov. 1983. [Elektron. resurs] – URL: https://dic.academic.ru. (data obrashcheniya 18.04.2018).
  7. Levenson P. YA., 2017, Iyeremiya Betam. Yego zhizn' i obshchestvennaya deyatel'nost'. Biograficheskiy ocherk: [Elektron. resurs] – URL: http://lib.ru (data obrashcheniya: 27.10.2017). 
  8. Aforizmy: [Elektron. resurs] – URL: https://persons-aforism.ru (data obrashcheniya: 22.04.2018).
  9. Informatsionnyy portal: http://karikaturist.ru/history.
  10. Federal'nyy Zakon ot 19 maya 1995 g. №80 – FZ «Ob uvekovechivanii Pobedy sovetskogo naroda v Velikoy Otechestvennoy voyne 1941 – 1945 gg.». [Elektron. resurs] – URL: http://base.garant.ru (data obrashcheniya: 22.04.2018).
  11. Kiknadze V. G., 2010, Gosudarstvo, politika i SMI v sozdanii sovremennogo obraza Velikoy Pobedy. – Mir i politika. 2010. № 12 (51). S. 30-36.
  12. Kiknadze V. G., 2010, Voyennaya istoriya i bezopasnost' Rossii. – Voyenno-istoricheskiy zhurnal. 2010. № 5. S. 19-21.
  13. Kiknadze V. G., 2015, Genezis prava i upravleniya v oblasti protivodeystviya popytkam fal'sifikatsii i iskazheniya istorii v ushcherb interesam Rossii. – Vestnik Akademii prava i upravleniya. 2015. № 4 (41). S. 29-36.
  14. Tsitaty i aforizmy. [Elektron. resurs] – URL:http://quote-citation.com (data obrashcheniya: 11.04.2018).

Популярное

Россия, история, 2000 - 2014
Путин В., Президент России, Мюнхен, 2007
Япония: роль и место в развязывании Второй мировой войны и политика СССР
Московский морской кадетский корпус "Навигацкая школа"
Без знания прошлого нет будущего
Патриотические сводки от Владимира Кикнадзе

Рубрики

"Внимание к российской истории не должно ослабевать"  // Путин В.В. Послание Президента Российской Федерации Федеральному Собранию. - 2012.
Миграция, демография, управление рисками
Всероссийская военно-историческая олимпиада

Наши партнеры

научная электронная библиотека, eLIBRARY, индекс цитирования
Информрегистр НТЦ
КиберЛенинка, CyberLeninka
"Военно-исторический журнал". Издание Министерства обороны Российской Федерации // www.history.milportal.ru

Яндекс.Метрика
Наука. Общество. Оборона. Nauka, obŝestvo, oborona Номер регистрации в Международном центре ISSN